– Просто ты слишком угрюмый, Реос.
– Не правда.
– Да-да… Кстати, у меня появились подозрения, что у Лис и Деллиона начали налаживаться отношения.
– И с чего ты так решила? Если они стали больше разговаривать, то в этом нет ничего такого: всегда были моменты, когда они общались слишком много, или даже фразы не кидали в сторону друг друга, помимо приветствия.
– Нет, не то.
– Тогда удиви меня. – облокотившись на руку и с язвительной ухмылкой, произнес Реос.
Вера решила не обращать на эту ухмылку внимания и просто стала объяснять:
– Во-первых, они стали больше ходить вместе домой , даже нас не звали иногда; во-вторых, они стали больше общаться друг с другом, забывая порой про нас.
– А говорила «не то».
– Не важно.
– Тебе недостаточно их внимания?
– С чего ты так решил? – опешила Вера.
– В обоих случаях они не обращают внимания на нас, и в обоих случаях ты это подчеркиваешь.
– А что если и так?
– Лучше бы оставила их в покое, если идет все так хорошо. Если мы не будем им мешать, то может у них и вправду что-то получится, а если нет, то ничего страшного, ведь они узнают друг друга поближе и тогда точно определятся, смогут ли быть вместе или нет. Однако меня волнует другое…
– Что? – заинтересовалась она.
– Мы забыли про Кловера.
– Блин! – опомнилась Вера. – Они крутят шуры-муры, мы тоже, а он один одинешенек! Так ведь нельзя.
– В том-то и дело.
– Что же делать… – разволновалась она.
Реос спокойно наблюдал за постоянно меняющимися эмоциями Веры, параллельно также размышляя о том, что можно сделать для Кловера, чтобы он не чувствовал себя одиноким, находясь с нами.
– Знаю! Давай сходим и купим ему какой-нибудь подарок, прям сегодня!
– Можно, но какой?
– Хм… – вновь пропала Вера.
– Вот ваш заказ. – подошла официантка с подносом. – Приятного аппетита.
«Может у неё сегодня случилось что-то хорошее, но если эта девчонка сама по себе полна оптимизма, то… я конченный пессимист по сравнению с ней» – подумалось Реосу, когда он окинул взглядом уходящую официантку, которой с виду было лет девятнадцать.
– Блин, если мы подарим подарок, то это не изменит ситуации. Получается, что мы просто откупимся от него таким образом.
– И то верно. Тогда давай поищем подарок для него, его братца, а их маме что-нибудь хорошенькое и вкусненькое.
– ...? – Вера непонимающе взглянула на Реоса.
– Не подумай, что мы продолжаем откупаться, просто пойдем к ним в гости и обрадуем всех.
– Неплохая идея. – слегка улыбнулась Вера.
На том они и порешили. После кафе они пошли по магазинам, разговаривая при этом обо всем, что приходит на ум: радуга, история Роллина, певицы и так далее.
***
– Ну и ну… Уже стемнело… – выдохнула Вера.
– Книжка, раскраска и машинка на радиоуправлении для Невила. Куча фильмов, пара книг, цветы и теплая кофта для Хелены… – перечислял покупки Реос.
– Кловеру сложнее всего было выбрать.
– Согласен, но думаю, он будет рад.
– Надеюсь, эти книги ему понравятся, как и эта подвеска. Она восхитительна! – умилялась Вера, держа подвеску в руках.
– Она очень даже хороша, мне тоже нравится. Завтра пойдем к ним, устроим сюрприз, так сказать.
– Ага, будет здорово. – расплывалась в улыбке Вера.
– Будет… – прошептал ни к чему Реос, опустив взгляд.
– Если что-то говоришь, то говори громко и внятно!
– Ты чего? – опешил юноша.
– Не в первый раз замечаю за тобой, что ты пробубнишь что-то себе под нос, а потом тема для разговора теряется, и это несколько раздражает.
– Не замечал…
– Ну естественно. Кстати, когда у вас там конкурс кончается?
– Неделю, максимум две. Эльвира говорит, что мы управились быстрее поставленных сроков, да и работ было меньше, чем планировали.
– Отлично. Только не расслабляйся, что далось все легко. Вот откроете конкурс на жанр романтики или фэнтези, тогда и посмотрим.
– Слушай, не учи ученого!
– Да ладно тебе. Я почитала немного о конкурсах от Книгос и, признаться, не думала, что так много авторов от самых юных до стариков.
– Это да… – остыл немного Реос. – Немало в особенности молодых авторов, что очень нравится начальству, они называют их «новой надеждой литературы». Но я видел работу одного мужчины за пятьдесят, и у него получается создавать такие атмосферные и пугающие истории, что ненароком поражаешься его умениям, а ведь он бросил работу два года назад ради писательства.
– Он, наверное, давно уже пишет. – предположила Вера.
– Не-а. Он впервые начал писать только после добровольного увольнения. Я не знаю его мотивов, но я понял, что можно начинать писать в любом возрасте, хоть лет в двенадцать, хоть старикам. У последних, кстати, есть преимущество в виде жизненного опыта.