Но от реальности нельзя уберечь.
Один репортаж я все-таки посмотрела. От начала и до конца. Хотела всю правду узнать. Хотела понять, ну как же так? Зачем Демьян это сделал?
Столько крови. Ложь. Он же и в тот вечер врал мне. Врал и не стеснялся. Намеренно отправил меня подальше. Нашел повод.
Все вместе сыграло. И репортаж, и предыдущие дни. И сама ситуация. И потом уже стало не важно, подставили его или нет. Главное — он мне лгал. Ничего он не «завязал». Наоборот, еще глубже вляпался. И меня следом утянул.
Меня и…
Ладно бы только меня.
Первого ребенка не уберегла.
Горло сдавливает, а грудь как кипятком обдает. Эмоции душат.
Все. Хватит о прошлом. Я должна успокоиться. Должна быть сильной. Ради малыша. Что-нибудь придумаю. Найду выход.
Слезы подступают к глазам. В горле ком забивается. А на языке растекается горечь.
Нет. Второй раз через такое проходить не стану. Не позволю все разрушить. Хватит. Больше кошмар не повторится.
— Кать, — вдруг говорит Демьян.
Тяжелая ладонь приземляется на мою руку. Слегка сжимает, а после тянет в сторону. Ближе к себе. Осторожно.
— Кать? — повторяет. — Ты чего?
Он все сразу считывает. Чувствует.
И это тоже бесит. То, насколько хорошо он меня знает. И то, как его ладонь ощущается на моей руке.
Будто так и должно быть.
— Ничего, — отмахиваюсь.
Тогда Демьян сжимает меня уже ощутимее.
Оборачиваюсь.
— Не трогай меня.
Отстраняюсь от него, передернув плечами. Сама не знаю, как нахожу в себе силы, чтобы контакт разорвать.
— А я не трогал, — бросает мрачно.
Взгляд мой ловит.
А я на него смотреть не собираюсь. Поворачиваюсь к окну. Бездумно наблюдаю за стремительно сменяющимися кадрами.
Мысли и чувства спутываются в горящий клубок. Начинает немного потряхивать от переполняющих меня эмоций. И сколько не пробую успокоиться, получается едва ли.
Проблема в том, что мне бы хотелось ему поверить. Очень хотелось. Действительно начать все заново.
Но это реальная жизнь, а не кино.
Чего стоят те странные фразы про тюремный срок. Будто можно полностью его отменить. Устроить все так, словно ничего в прошлом не было. Ни его участия в кровавой бойне, ни заточения в самой жуткой тюрьме нашей страны.
Рефлекторно мотаю головой, отгоняя непрошенные мысли.
Хватит уже об этом размышлять. Нет смысла. Однако оборвать поток мыслей никак не выходит.
Цепляюсь. Сама не понимаю за что. За какую-то призрачную надежду. За хрупкую веру в счастье. А вдруг?..
Когда Демьян рассказывал мне о своих планах, внутри ёкнуло. Умом знаю, что между нами ничего не может быть и от ребенка ему лучше держать подальше. Но сердцу нельзя запретить. Ни мечтать, ни надеяться. Ни верить. Сердце и сбивает меня с пути. Раз за разом.
И в нашу первую ночь после его выхода на свободу.
Да, в ту безумную пьяную ночь, когда мне стоило сразу его за порог выставить или самой уехать из дома. Да что угодно сделать, но только не отдаваться чувствам.
И после той ночи. На мой день рождения. И совсем недавно, несколько дней назад в кабинете Демьяна.
Ошибка за ошибкой.
Но разве сейчас я бы стала это исправлять?
Рефлекторно прохожусь ладонями по животу.
Понимаю, что нет. Даже будь шанс вернуться назад, ничего бы менять не стала. Все произошло, как должно было произойти.
Наверное, такая любовь только раз в жизни бывает. Дикая. Как и сам Дикий. Безотчетная. Логически никак не объяснимая.
Потому что по уму мне и прежде с уголовником связываться не стоило. Но я попалась, влипла, сама не заметила, как глубоко затянуло.
Мои чувства к Лебедеву сильно отличались. Ровные, рассудочные. И жизнь с ним такой была. Спокойной. Безопасной. До определенного момента.
Невольно кривлюсь, когда в памяти всплывает предательство. Накатывает гадливость.
Но видимо, это должно было случиться.
Не пара мы. До конца так и не сошлось ничего. И у меня попросту не вышло в Диму также сильно влюбиться.
А тут — каждый взгляд как взрыв. Одно прикосновение — в момент уносит. Весь контроль к черту летит. И остановиться нельзя, и опомниться. И сколько потом в уме не разбираю, сколько себе перестроить не пытаюсь, ничего не получается.
Достаточно одной встречи — мозг полностью отключается.
Как такое разумом анализировать?
Сердце отзывается. Тянется к Демьяну. И если бы правда отмотать, переписать прошлое. Если бы он действительно отказался от криминала.