А там нельзя отказаться. Тогда не понимала, не видела всего. Теперь знаю больше.
Я уже не та безмозглая девчонка, которая шла на поводу собственных эмоций. И даже будь сейчас такой, то все равно бы связываться с ним не стала.
Мне про ребенка думать нужно. Про безопасность.
Такой шанс раз в жизни бывает. Столько попыток было прежде, столько врачей обошла. Куда только не ездила.
А теперь… как сама судьба посмеялась. Когда уже не ждала ничего, не думала. Не верила, что смогу забеременеть.
Опять на Демьяна смотрю.
Отходит он. Постепенно. А что ему дальше гневом давиться? Не получается. Все ведь по его выходит. Забрал меня, везет неизвестно куда. И оттуда будет трудно ускользнуть. Уже по его словам, по поведению вижу.
Тут я на него злиться должна.
Но… тоже не получается.
Он отец моего малыша. И мне слишком сильно повезло, чтобы сейчас сердиться. Не хочу гневить небеса.
Благодарна я.
Медленно провожу пальцами по животу.
За все благодарна.
И Демьяну.
Хотя волнение не покидает, потому что непонятно, как дальше. Замуж за Дикого не выйду. Силой не заставит. Но держать его в стороне от ребенка не выйдет. Плохо представляю, как мы будем общаться.
Голова сразу гудеть начинает.
Настолько глубоко погружаюсь в свои мысли, что не сразу замечаю, куда мы едем. За дорогой наблюдаю на автомате, отстраненно. Просто отмечаю, что долго все.
Едем и едем. Явно не в центр города, где Демьян живет. По окраинам.
Может, он новое жилье купил? В одном из элитных загородных районов? Там такую охрану можно выставить, что и правда не сбежать.
Нет. Никуда мы не заезжаем.
Напрягаюсь, когда до меня наконец доходит.
— Мы что, в аэропорт едем? — выпаливаю.
Молчит.
Хотя отвечать ему и не надо. Все и так ясно. Больше эта дорога никуда не приведет.
— Перелеты в моем положении… нежелательны.
Вообще, до двадцать восьмой недели можно летать без проблем, но Демьян точно не знает такие тонкости.
— Да? — приподнимает он бровь, поворачиваясь ко мне. — А врачи считают иначе.
Выяснил, значит. Успел. Ну да, все, что ему действительно надо, он успевает.
— На борту будет врач, — продолжает Демьян. — И все необходимое.
Отворачиваюсь.
Ну чего-то подобного и стоило ожидать. Теперь в голове всплывают его фразы про отдых.
Демьян куда-то собирался.
— Объяснять ты ничего не будешь, — говорю, глядя перед собой. — Ни куда летим, ни зачем.
— Отдыхать.
Вот и весь ответ.
Смотрю на него.
— У тебя вообще совесть есть? — не выдерживаю.
— Нет, — усмехается. — Как и у тебя. Мы оба бессовестные, Кать. Вот потому из нас идеальная пара.
Эта его усмешка. Искры в глазах. И сам тон. Нарочито серьезный. И выражение лица. То, как говорит. И что именно.
Ловлю себя на совершенно диких мыслях.
Тянет к нему. Тянет и… ничего не получается с этим поделать.
Обрываю все. Отмахиваюсь.
Это гормоны шалят. В период беременности разное случается.
Так себя убедить стараюсь. Напрасно. Даже губы начинаю кусать, только бы переключиться и не думать о том, как сильно мне хочется, чтобы этот мерзавец меня прямо сейчас поцеловал.
54
Самолет отрывается от земли. Некоторое время наблюдаю за отдаляющимся городом, а потом все же поворачиваюсь и смотрю на Демьяна, который вальяжно разваливается в кресле напротив.
Он и бровью не ведет. Держит в руках планшет. Работать собирается. Листает что-то, просматривает. И делает вид, будто не чувствует мой взгляд. Но все он чувствует. Знаю. Замечаю, как немного замедляются его движения, как сам взгляд становится более сосредоточенным.
Такое чувство, словно я его отвлекаю. Ну надо же.
Опять перевожу взгляд в сторону иллюминатора. За стеклом уже плывут облака. Внизу теперь ничего не рассмотреть. Снова оборачиваюсь. Демьян остается в том же положении, что и раньше.
Ничего. Пускай отвлечется.
— Сколько нам лететь? — спрашиваю.
— Долго.
Даже глаз от экрана не отрывает, а после вообще начинает что-то печатать.
— Долго — это сколько? — интересуюсь дальше.
Он все же отвлекается от своего чертового планшета. Наши взгляды наконец пересекаются.
— Долго, — повторяет с невозмутимым видом и как будто чуть ухмыляется.
Движение губ едва уловимое, но я подмечаю.
А уже в следующую секунду он опускает взгляд на экран, разрывая наш контакт.
Точное время говорить не хочет. Так у меня хотя бы варианты появятся. Пусть все равно будет тяжело определить конкретное место назначения.