— Так это я виновата, — заключаю и усмехаюсь. — Понятно.
— Нет, — бросает Дима и подается в мою сторону, не глядя на сестру, холодно бросает ей: — Злата, хватит.
Но Злату не остановить. Сестра лишь сильнее распаляется.
— Неужели ты считаешь, я первая его любовница? — хмыкает она. — Да он несколько лет гулял. Просто скрывал. Делал так, чтобы никто и никогда ничего не узнал. Ты и представить не сможешь скольких баб он перетрахал, пока меня дожидался.
Дима резко поворачивается к ней.
— Заткнись нахуй, — рявкает. — Ты что несешь, дура?
Вид у него такой, будто он прибить ее готов. Желваки играют, челюсти стиснуты.
Но потом муж опять смотрит на меня.
А Злата, тряхнув головой, продолжает наступать.
— Что я не так сказала? — фыркает она. — Девки по тебе всегда с ума сходили. Да я дождаться не могла, пока мне исполнится восемнадцать. А влюбилась сразу. Как увидела.
Сестра подходит ближе.
— Ты должна меня благодарить, — выдает. — Последний год Дима только со мной. Никого другого у него нет.
— Да, — киваю. — Отблагодарю обязательно.
Злата подступает вплотную.
— Ты даже ребенка ему родить не можешь, — бросает мне в лицо. — А я бы родила. И не одного. Я же молодая. Со здоровьем никаких проблем нет. И трахаться люблю. Дима от меня…
— Ты с кем говоришь? — обрываю резко.
Хватаю сестру за волосы так, что она вскрикивает.
— За языком следи!
— Ай! — вскрикивает. — Пусти…
— Иди прикройся.
Злата вопит, а я протягиваю ее в соседнюю комнату, где вся одежда по полу разбросана.
— Злишься? — визжит сестра.
— Злюсь.
Отталкиваю ее так, что она падает на кровать.
— Ну так Дима тебе и раньше изменял… я уверена, он…
— Злюсь, что моя сестра шлюхой стала.
— Какая же я шлюха? — оскорбляется. — Я только с ним. У нас с Димой все серьезно. У нас любовь.
Конечно. Как иначе?
— Одевайся, — говорю.
— Ты не можешь мне указывать, — возмущенно бормочет Злата. — Я уже взрослая. И сама буду все решать.
— Одевайся, — повторяю так, что она все же начинает свои тряпки подбирать.
Разворачиваюсь и выхожу.
Нервная дрожь колотит тело. Грудь будто судорогой сводит. Предательские слезы наворачиваются на глаза, но я как могу стараюсь сдержать эмоции. Истерика накатывает все сильнее. А я загоняю чувства поглубже. Пытаюсь отключиться, пока больше ни о чем не думать.
Хочу поскорее убраться из этого номера, но Дима встает, перекрывая проход, явно отступать не намерен:
— Поговорить надо.
— Наговорились уже, Дим, — нервно усмехаюсь. — Так наговорились, что надолго хватит. Навсегда.
— Катя, послушай…
Залепляю ему пощечину. Все эмоции в этот удар вкладываю. Так врезаю, что у него голова дергается.
Но легче не становится. Совсем. Только еще хлеще потряхивает.
— То, что Злата говорила… — опять начинает он.
— Моя сестра наврала?
— Катя.
— Ты не спал с ней? Сегодня вы просто случайно тут столкнулись? Ты сам не понял, как содрал с нее одежду?
— Никаких других женщин не было, — чеканит. — Мне никто кроме тебя не нужен. И она… ни черта не значит.
— Да? — истерически усмехаюсь. — Ну хорошо. Допустим. И от этого мне должно легче стать? От того, что ты с моей сестрой от скуки переспал?
— Знаю, поступил как мудак.
Его челюсти прямо ходуном ходят. Взгляд темнеет.
— Бес попутал, — бросает муж. — Напился. Нихера не соображал.
— Хватит, — выпаливаю, поморщившись. — Не надо мне никаких деталей.
Он делает шаг вперед, подступая вплотную. Тянет руку, чтобы тронуть плечо. Но я моментально от него отшатываюсь.
— Не трогай, — выдаю глухо.
— Я тебя люблю, Катя, — чеканит.
И еще ближе подходит.
— Любишь? — нервный смешок вырывается из горла, мне с трудом удается сдержать дрожь.
— Для меня никого нет, — говорит твердо. — Только ты.
— Отойди.
Пробую пройти мимо, поскорее добраться до двери.
— Катя, постой.
Ну нет.
— Да послушай же ты.
Он все-таки хватает меня за плечо. Сжимает, не позволяя двинуться дальше. Разворачивает к себе.
— Катя…
— Не трогай меня! — буквально выплевываю, дергаю плечом, пытаясь освободиться от его прикосновений. — Больше никогда не трогай! Убери руки. Сейчас же убери!
Разжимает пальцы. В момент. А меня продолжает трясти. Колотит настолько сильно, что успокоиться не получается.