Только ты дал слабину — в момент сожрут.
Прессовали мощно. Особенно первый год. Да и второй. После гибели Давы особенно. Но там я уже сам так от реальности отрубился, что на прессинг будто вовсе перестал реагировать.
Пиздили мощно. И я тоже пиздил. Каждого, кто под кулак попадет. Начинал на зоне как одиночка, а после свой порядок установил. Драками этого не добиться. Надо башку включать.
Вот тогда меня Воронцов и заметил. По-настоящему. Выделил.
Помню, как его человек впервые ко мне пришел. Напрямую.
— Вы хорошо себя проявляете, Демьян, — сказал. — И в прошлом у вас было несколько серьезных проектов. Да, сейчас ваши возможности ограничены, но это ведь может поменяться в любой момент.
Молчал. Смотрел на него.
Ярость внутри давил.
Понимал же, передо мной мелкая сошка. Рядовой. Понимал, а все равно пиздец вело, аж кулаки пекло.
— Что если попробовать снова? — спросил тот “посыльный”. — На воле? Мы знаем, у вас есть некоторые дела. Через друга своего все устраиваете. Но полагаю, мы предложим намного больше.
Мы с Каримовым вместе мутили. На среднем уровне. И не без ведома того, кто наблюдал.
Воронцов же везде. Его люди повсюду. Каждый шаг фиксируют. Доносят.
Тогда имени его не знал. Чуял, за мной следят. Приглядывают. Уже тогда главного ждал. И вот дождался.
Смотрю на него. Блядь. Слушаю. А сделать ему нихера не могу. Ебануться. Слишком высоко упырь забрался. Не достать.
И нихера не ясно, как против такого бороться. Сука. Без шансов.
— Черный не поведется, — говорю. — Он поймет, что я не просто так на волю вышел. И не важно, что за материал вы запустите. Его не провести.
— Вас может объединить общая тема, — замечает Воронцов.
Общий враг.
— Есть один проект, в котором вы оба могли бы принять участие, — продолжает он. — Но проблема в том, что там только начать можно вдвоем. До конца должен дойти только один.
Не удивлюсь, если Черный и от Воронцова наводку на предателя получил. Такой как он умеет следы запутать. Сука, мастер.
Ну ничего, посмотрим, как выйдет.
Возвращаюсь в машину и первым делом проверяю, где Катя. Достаю телефон. Смотрю отчет.
Почему она снова приехала в тот бизнес-центр? Херня. Собеседование давно закончилось, а других встреч у нее нет
Выезжаю туда.
Заебало. И наблюдать за ней со стороны снова. И дожидаться хуй знает чего. До той гребаной ночи вроде вывозил это. Развивал, блядь, терпение. Но теперь нихера. Тут пиздец как накрывает.
Паркуюсь, а она как раз выходит. Но не к тачке своей направляется, а в кафе через дорогу.
Ну блять, удачно подъехал, сейчас лично у нее обо всем и спрошу. На хер ей по этим блядским собеседованиям бегать, если она хоть сейчас может занять место в моей компании?
Выхожу. Дорогу ей перерезаю.
— Здравствуй, Катя, — говорю. — Скучала?
Нихуя она не скучала.
Но это и без вопроса было понятно.
Когда вижу, как резко меняется выражение ее лица, самому себе в ебало дать охота. Сука. Что же я так ее выбешиваю?
Она назад оборачивается. Будто ищет глазами кого-то.
Кого, блядь?
Взгляд перехватываю. Нихуя разобрать не могу.
Да и похер.
— Долго ты от меня бегать будешь? — спрашиваю.
— А я бегаю? — приподнимает бровь.
— Поговорить надо.
— Поговорили, — губы поджимает. — Хватит.
— Нет, — отрезаю. — Мало.
— У меня нет времени, — роняет, на часы смотрит. — Перерыв на обед до двух, а потом нужно вернуться в офис.
— Тогда вместе пообедаем, — бросаю.
И только потом до меня доходит, что именно она сейчас сказала.
— Не могу, — отрицательно мотает головой. — Уже договорилась…
— А зачем тебе в офис? — спрашиваю.
— Работаю там.
Говорит и смотрит на меня как на дебила.
А я и есть, блять, дебил.
Иначе почему только сейчас узнаю, что она опять работать устроилась? В отчетах нихера об этом не сказано.
— И давно ты работаешь?
— Второй день.
Точно. Вчера пропустил. Не мог за ней приглядеть лично. Отвлекли. Пока свои вопросы решал, она уже со всем разобралась.
Лихо.
— А что тебя так удивляет? — прищуривается Катя.
— Да так, — тяну как уебан.
Но не говорить же ей, что я негласный приказ отдал. Никто не должен брать ее на работу. Если только не хочет от меня пиздюлей отхватить.
А какой-то смельчак нашелся.
— Где работаешь?
Она хмурится, но компанию называет.
Китайцы, блять. Совсем охуели. Новая компания. До них мои распоряжения по ходу не дошли. Ну ничего. Исправим.