— Демьян… — начинает, видно, собирается опять все высказать.
Как давлю, как туго иду на компромиссы.
Но я ей такой возможности не даю. Накрываю ее затылок ладонью. Поддаюсь вперед и приоткрытые губы запечатываю. Целую жадно и глубоко. Сам дурею от того, как она откликается. Не сразу. Сперва напрягается, сопротивляется. И ладонями в мои плечи упирается. Но после будто слабеет. Тонкие пальцы уже совсем иначе скользят. Перемещаются на мою шею, чуть царапают.
И она отзывается. Сама открывается мне.
Блядь. Затягивает пиздец как.
Но теперь притормаживаю. Силой себя заставляю от нее оторваться. Ебучий компромисс. Да. И никакого нахуй давления.
— Демьян, — выдыхает она уже совсем иначе.
С другим выражением. Точно снова забывается. И рушится вся эта ее четко выстроенная защита.
— Это чтобы лучше работалось, — говорю.
— Да? — брови приподнимает.
— Да, — киваю. — Нам обоим.
Ее пальцы скользят по моей шее. Безотчетно. А после вдруг на затылок перемещаются.
Охуенно чувство.
Сука, вроде простой жест, а пробирает до хребта.
— Сегодня встреча, которая многое решит, — замечаю. — Вот увидишь, ты не за уголовника замуж выйдешь. Моя репутация поменяется.
Молчит. И смотрит так… странно. Задумчиво? Не разобрать. Не могу сейчас эмоции выхватить. Она как будто снова ускользает. Далеко.
— Я бы не давал тебе никаких гарантий, если бы не был уверен сам, — продолжаю твердо.
— Хорошо, — медленно кивает. — Я поняла.
— Все для тебя сделаю, Кать, — обещаю и пристально в глаза ее смотрю, накрываю еще совсем плоский живот ладонью. — Для вас.
Еще до конца не осознаю, что стану отцом. Не верится, блять.
Второй шанс давно получить хотел. Был готов выгрызать силой. Но такого поворота даже не ожидал.
Это точно джекпот сорвать. Все и сразу.
— Знаю, Демьян, — отзывается Катя.
Ее узкая ладонь скользит по моей щеке. Слегка задерживается. Пока она внимательно смотрит на меня.
И опять это чувство. Как-то царапает. Чутье врубается. А на что? Хер разберешься.
Но я лишнее к чертям отметаю. Особенно когда Катя вдруг сама подается ближе, прижимается губами к моим губам. Обдает горячим дыханием.
Ебануться.
В следующую секунду она отстраняется, а меня так и продолжает штормить по полной. Не доходит, в чем Катя сомневается. Неужели не замечает как действует?
Или наоборот. Замечает. Часто мне резьбу срывает. Это по ходу и напрягает. Ей стабильность нужна. Безопасность. Нельзя волю рефлексам давать.
По-хорошему бы оставить Катю дома. Причем так, чтобы подольше. Нечего ей в офис теперь мотаться. Особенно когда там всякие долбоебы на нее пялятся. Слюнями исходят. Один Костик чего стоит. А сколько там других таких “костиков” вокруг нее ошивается?
Но тут и без долгих раздумий понятно, куда меня Катя отправит с такими идеями.
Нахуй.
Так что — рано. Сейчас — рано. Потом это обсуждать будем.
— Ну все, — роняет Катя. — Мне пора.
— Давай, — киваю. — До вечера.
Она выскальзывает из тачки. А я взглядом ее провожаю. Как упархивает от меня, как поднимается по ступенькам, взмахивает рукой, здороваясь с кем-то, направляется к центральному входу.
Стеклянные двери разъезжаются перед ней. И через пару секунд сходятся снова, полностью закрывая обзор.
Челюсти сводит. На автомате.
Ладно. Дел много. Хватает на что переключиться до вечера.
В первую очередь еду на встречу с Воронцовым. Главный вопрос нужно решить как можно быстрее.
— Здравствуй, Демьян, — кивает он, когда мы встречаемся в отдельном зале ресторана, где и проходят все наши обсуждения.
— Здравствуй.
— Есть новая задача, которую необходимо в ближайшее время закрыть.
План меняется. На ходу.
Обговариваем другую тему. Дальше по всем прошлым заданиям проходимся. И по Батурову, и по Соболю остались некоторые нюансы, которые нужно согласовать до конца.
Предлагаю варианты, как все решить. Воронцов поддерживает.
— Мне нравится твой подход, — замечает он, когда заканчиваем. — Быстро реагируешь. И не важно, как меняются условия.
— Мне нравится эта работа.
— Вижу.
— Моя деятельность становится все более заметной. Особенно после того, как я забрал активы Батурова. Много внимания идет.
— Это как раз то, что я тоже собирался сегодня обсудить.
47
Воронцов подает знак одному из своих охранников подойти поближе. Тот шагает к нам, передает объемную папку. После отходит в сторону, занимая прежнее положение.