- Ты, посмотри на него,- обратилась Маруся к Ларе, как только девушка подошла к ней,- опять с утра где- то набрался!
- А как же его за руль пустили?- с недоумением спросила Лара свою соседку, женщину лет шестидесяти с крашеными хной волосами и в шортах.
- Чёрт его побрал! Как его не заметил бригадир!- ответила на это Маруся.
- Может его остановить?- с сомнением спросила Лара.
- Он так уже полчаса ездит, туда и сюда. Кто же его остановит?- с горечью сказала Маруся,- пока не отъездит своё, не успокоится!
Сколько Лара помнила себя, столько она помнила и своих соседей Тимофея, мужчину шестьдесят одного года, седого уже, любящего выпить и его жену, Марусю, женщину, которая всегда носила шорты. Даже когда ей стукнуло шестьдесят, она не изменила своему пристрастию.
Они люди были не злые, друзья её матери и отца, которые остались с Ларой, когда мама и папа решили поехать в кругосветное путешествие, а её, девушку девятнадцати лет, оставили на попечение Маруси и Тимофея. От родителей давно не было известий.
Ларе скоро на днях исполнится двадцать пять лет, а эта чета стала ей роднее, чем уехавшие родители.
- Вот ведь ирод!- в сердцах сказала Маруся, всплеснув руками,- и что теперь мне делать?!
Грузовичок тем временем скрылся за поворотом, а затем минут через пять снова появился на улице, ведущей к морю. Песня из кабины водителя раздавалась уже другая, певший её охрип и его голос надтреснувшим баритоном завывал «во саду ли в огороде…».
- Тётя, Маруся, я вернусь к себе, ладно?- извиняюще спросила Лара,- у меня там магазин остался без присмотра. Сегодня у Фатимы выходной, так что я одна.
- Конечно, дорогая,- похлопав её по спине, ответила Маруся,- я тебя хорошо понимаю, а вот этого остолопа ещё час, наверное, носить будет, пока не умается.
- Вы, как всё закончится, меня позовите, хорошо? Я вам дядю Тимофея уложить в постель помогу,- сказала Лара, и ещё раз взглянув на дорогу, по которой лихо ехал грузовичок с уже пустым кузовом, вернулась в свой магазинчик.
Здание, в котором располагался магазин и пекарня «Кренделёк» принадлежал семье Лары, то есть теперь ей самой. Она была хозяйка в нём, а так же Лара сама выпекала хлеб, булки и крендельки, круассаны на французский манер и сама же продавала свою выпечку. В этом деле ей помогала Фатима, казашка, женщина лет сорока, небольшого роста, коренастая и полноватая. С пяти утра Лара вместе с ней стояла у печи, а затем ароматный хлеб выставляла на своей витрине, где его видели местные жители, и с удовольствием покупали. К вечеру всю выпечку Лара полностью распродавала. Бизнес шёл легко, потому, что такого вкусного хлеба в их посёлке городского типа никто не делал.
Родители оставили ей этот бизнес вместе с домом, на втором этаже которого имелась спальня и ванная комната, туалет и маленькая библиотека. Лара давно уже не слышала ничего от своих родителей, уехавших в кругосветное путешествие. В последний раз весточку от них она получала два года назад в виде открытки и радостных сообщений матери, что они где- то на островах возле Кубы и все. Большего ничего не было.
Тётя Маруся и дядя Тимофей как могли, утешали Лару и предполагали, что ещё не все так плохо, как она думает, что ещё есть надежда, что с её родителями всё хорошо. Быть может они там, откуда не могли дать о себе знать.
Её подруга Светка, а такая у Лары имелась, смехом говорила: «Да, уж, действительно, твои родичи там, откуда не могут дать о себе знать,- намекая на то, что их уже давно нет в живых».
Лара злилась на неё, но сама в глубине души была со Светкой согласна. Два года это большой срок, тем более её родители не в местный лес пошли за грибами.
Унывать и расстраиваться она себе позволить не могла, на ней было её хозяйство- пекарня и магазинчик, единственный источник дохода. А налоги нужно было платить, за землю, на которой стоял её дом, пекарню и магазин три в одном, за частное предпринимательство, ведь Лара торговала и ещё подоходный налог за себя и Фатиму, так как она платила ей заработную плату. В общем, дел было невпроворот, вот Лара и не смела вешать нос и хныкать. Кто ей поможет, если не она сама.
Как только девушка вошла в свой магазинчик, прошла за прилавок, в зале появился покупатель, местный дядя Семён, важный и начитанный мужчина. Поговаривали, что он переехал в Абрау- Дюрсо из Москвы, где работал академиком. Уж очень многое он знал и на любую тему мог с тобой поговорить.