– Вот это в точку! – воскликнул Алекс. – Уж нам ли не знать.
– Она никого никогда не давала в обиду. Особенно свою младшую сестру Кроткую Лань. Будучи в возрасте четырнадцати лет, она наткнулась на Большого Кулака и Серое Перо. Они досаждали Кроткой Лани, обижали её и смеялись над ней. Девочка изо всех сил старалась не показывать своего страха, но слезы упрямо бежали по её щекам, - вождь замолчал.
– И что же дальше? – Алекс от интереса приоткрыл рот.
Даллас лишь ухмыльнулся. Он знал, как тогда досталось от Кейт и Серому Перу, и Большому Кулаку, несмотря на его внушительные размеры.
– Когда Ветер-в-Волосах застала их за этим занятием, то жестоко, до крови, подралась с ними. Больше ни Серое Перо, ни Большой Кулак никогда не задирали Кроткую Лань. Им, скрепя зубами, пришлось признать свое поражение от девчонки. А потом как-то незаметно они прониклись к ней уважением и симпатией. Так они и стали лучшими друзьями, - закончил вождь.
– Невероятно, - пропел Кристофер.
Все снова замолчали, думая о своем. Мудрый Медведь неожиданно выпрямился и закрыл глаза. Так он сидел несколько минут, а когда открыл глаза, встретился взглядом с Далласом. Вождь ощутил, что случилось нечто непоправимое.
Понял это и Даллас, а вернее прочувствовал. Сердце его неприятно сжалось в груди. Противные и навязчивые мысли заполонили голову. Может, что-то произошло с Кейт? Может, с Фэй или Питером? Мерзкий холодок пополз по позвоночнику, и Далласу Тейлору оставалось взывать к небу, уповая на милость Господа и молиться о защите.
Что-то с ней было не так, с этой старой потрепанной картой. Кейт разложила её на коленях, сидя перед небольшим костерком – то был последний из её привалов. На рассвете она уже будет у Мудрого Медведя.
Девушка внимательно рассматривала карту, водила пальцем по линиям, начертанным там, узнавая изображенную местность. Ей казалось, будто они с Джеффом бывали когда-то в этих местах. Определенно, они с братом были в храме, путь к которому узнали по рассказам отца. Это место они навещали спустя некоторое время после того, как остались без крова. Местность и храм произвели на них большое впечатление, ловушки в храме Кейт и Джефф находили постепенно, некоторые из них испытали на себе, ибо они были не опасны для жизни, а скорее служили запасными выходами.
Кейт провела пальцем по своей левой брови и прищурилась. Именно сюда она с Тейлорами и заманит Феликса. Здесь они совершат сделку: сестру Далласа и её брата Джеффри в обмен на карту. Теперь условия будет ставить она. И пусть Феликс перероет тут всё в поисках сокровищ. Какое-то шестое чувство уже дало Кейт понять, что никакого золота в храме нет. Возможно, в те далекие времена, когда отец уезжал якобы по делам, на самом деле побывал в храме и перепрятал сокровища. Вот только куда? Новая загадка. И ответ на неё найти ничем не легче, нежели найти проклятущую карту.
Неожиданно Кейт вздрогнула и оторвалась от своих мыслей. Стало невероятно тяжело на сердце, бешено бьющемся в грудной клетке. Девушка нахмурилась: ей было знакомо это ощущение. И ничего хорошего они не сулило. Это отвратительное чувство каждый раз поглощало её спокойствие, предупреждая о чьей-либо смерти. Джеффри?..
Она резко встряхнула головой, отметая навязчивую мысль.
Затушив огонь костра, Кейт вскочила в седло и скрылась в темноте.
Этим же вечером Даллас стоял на краю поселения и вглядывался в глухую ночь. Тревога из-за отсутствия Кейт не давала ему уснуть. Чья-то ладонь легла ему на плечо.
– Отправляйся спать, Потерявший Себя, - сказал ему Мудрый Медведь.
– Где же Кейт?
– Её слово верное. Если она сказала – четыре дня, значит, уже завтра она будет здесь.
– У меня на душе тяжело, - пробормотал Даллас.
– Иди, - сказал ему вождь.
Даллас кивнул и отправился в вигвам.
Солнце, выкатившись из-за гор, распростерло над ещё спящим миром свои ладони-лучи и согрело теплом озябшую за ночь землю. И пока в поселении Мудрого Медведя все спали, в вигваме у него вовсю кипела жизнь. Напротив вождя, сохраняя угрюмое выражение лица, сидела Кейт Уоррен, а между ними лежала заветная карта.
– Не думал, что когда-нибудь снова увижу её, - пробубнил вождь, закрыв глаза и пытаясь унять шевельнувшиеся воспоминания.