Выбрать главу

– Все целы?

Шесть голов одновременно повернулись в её сторону.

– Чтоб я ещё поддался на твою афёру?! – со смехом кричал Алекс и с удовольствием отфыркивался.

– Если чего стрясется в моей жизни, я знаю к кому идти за помощью! – радостно вопил Стивен.

– Просто невероятно – мы живы! – почти пропел Кристофер. 

К Кейт подплыл Джефф, и прямо в воде они обнялись и поцеловались.

– Я рад тебя видеть прежней, - прошептал Джефф.

Кейт сжала шею брата так сильно, что он молящее засопел:

– Задушишь…

– Прости, - только и нашлась она. – Эй, поплыли к берегу.

Слова Феликса навязчиво преследовали Кейт, сверлили мозг, тревожили память. Легенде…Легенде… Все, кроме девушки, приближались к берегу, сосредоточенно работая руками. Никто не смотрел на Кейт, когда она хлопнула себя по лбу. Однако из-за плеска воды на неё не обратили никакого внимания.

Конечно, легенда! Одна из тех, что рассказывал по вечерам им папа. И только в одной из них была указана дорога к индейскому золоту, к духам их предков, ревностно охраняющих свое сокровище. Мудрый Медведь, как обычно, оказался прав. И Даллас тоже. Ответ находился в ней самой. И, слава Богу, никто не заметил её волнения.

Даллас помог Фэй выбраться на сушу и протянул руку Кейт. Она легко приняла его помощь, и он мог поклясться, что Кейт хотела улыбнуться. Об этом свидетельствовало то, что уголки её губ вздрогнули. Значит, не всё ещё потеряно, счастливо пронеслось у него в голове.

Но потом глухая пульсирующая боль напомнила ему о Питере.

– Фэй, а где Пит? Он где-то в городе? – спросил Алекс.

– Я бы от души пожмякал его, - сказал Стив.

Из глаз Фэй брызнули слезы.

– Что такое? – надтреснувшим голосом спросил Крис.

– Питер.., - всхлипывала Фэй, - он.. его убили…

– Кто? Когда? – Алекс онемел на месте.

– Феликс… это он…о, Боже! Он вонзил нож ему в сердце. Я сама это видела, - плакала Фэй. – И, я знаю, он оклеветал Джеффа, хотя он пытался предупредить его.

Фэй встретилась взглядом с Кейт, и сама того не замечая, начала успокаиваться. Сильное гипнотическое воздействие оказали  на неё совершенно разноцветные глаза сестры Джеффа.

– Тише, родная, - шептал Даллас, - я знаю, что Джефф ни в чем не виноват.

Даллас прижал дрожащую сестренку к себе и гладил её по волосам.

– Вот проклятие! – прошипел Стивен.

– Мерзкий убийца, - повторял Алекс без остановки.

– Вот бы до глотки его добраться, - кровожадно шептал Кристофер.

Джефф и Кейт стояли рядом. Они-то понимали, каким чудом им всем удалось вырваться из лап Феликса. И если бы план Кейт не сработал, то неизвестно, чем бы всё закончилось.

– Гм.., - кашлянул Джефф, привлекая внимание клана Тейлоров, - я понимаю и сочувствую ваше потере. Но мы должны двигаться дальше.

– Но сначала, - сказала Кейт, приближаясь к ним, - мы должны познакомиться, как полагается.

Лицо Далласа осветила немного лукавая улыбка. Ему не нужно ничего такого, он и так прекрасно знал Кейт и её брата. Но никто не стал дожидаться слова Далласа: братья Тейлоры обменялись крепкими рукопожатиями с Джеффом, а Кейт и Фэй по-сестрински обнялись.

– Я так давно мечтала с тобой познакомиться, - прошептала Фэй в ухо Кейт.

На что та ответила ей, звонко чмокнув её в щеку.

– Ну-с, и куда мы дальше? – спросил Алекс.

– Я знаю одно местечко, где мы сумеем отдохнуть и решить, что делать дальше,  - сказал Даллас.

Затем он весьма красноречиво посмотрел на Кейт и с удовольствием отметил, что она слегка покраснела. Но она не осталась в долгу:

– А немало ли там места на всей нашей компании?

– Как раз хватит, - весело отозвался Даллас.

– Ты, что же, решил-таки показать нам свою тайную берлогу? – с поддёвкой поинтересовался Кристофер.

Даллас охотно закивал головой и возглавил их небольшой отряд.

 

 

Два дня совершенно бесплодных поисков и ни одного намека на хранящиеся в храме сокровища. Лицо Феликса было искажено ужасной гримасой ненависти; от бешенства у него всё чаще дергался левый глаз. Уже в который раз Кейт Уоррен умудрилась обхитрить его, оставить с носом, унизить перед всеми его людьми и при этом остаться невредимой. Каждая клеточка его тела дышала неугасающим пламенем мести, стоило ему подумать о ней.