Кейт хотела было сказать ему все, что о нем думает, но промолчала. Поднявшись, она надела свою шляпу и сказала:
– Прощайте, мистер Феликс.
– У вас ведь скоро праздник в семье? Брат женится.
– Какое это имеет значение? – насторожилась Кейт.
– Нет, никакого. Просто ты рано со мной попрощалась. Мы с тобой еще увидимся.
– Это совершенно ни к чему, – отрезала она. – Провожать меня не обязательно.
Девушка вышла. Феликс расплылся в улыбке. Кейт – крепкий орешек. То, что надо! Он остался доволен поведением дочери Джека. Она не испугалась, разговаривала с Феликсом смело, прямо смотрела в его глаза. Ну, ничего, не вышло на этот раз, повезет в другой. Кейт Уоррен непременно станет его женщиной.
Сквозь пелену адской головной боли Джек почувствовал чье-то ласковое прикосновение к своей щеке. С трудом открыв глаза, он сначала подумал, что это еще одна галлюцинация. Однако видение не было видением. Перед ним на корточках сидела его старшая дочь Кейт. Недалеко от ее ног лежали два человека Феликса. Они были связаны по рукам и ногам и, очевидно, находились без сознания. Да не может этого быть! Это какой-то нездоровый бред…
– Потерпи немного. Сейчас я тебя вытащу отсюда, – пробормотала Кейт.
Она поднесла к потрескавшимся губам отца флягу с водой. Он принялся жадно глотать. Ласковый голос дочери, словно бальзам, обволакивал сознание Джека, убеждая в реальности происходящего.
– Не торопись – захлебнешься.
Накрыв голову отца своей шляпой, Кейт достала небольшую походную лопату и начала копать. Через полтора часа напряженного труда девушка откопала Джека, вытянула его из ямы, разрезала своим кинжалом веревки, опутавшие его тело. Как следует напоив отца, смазав его губы лечебным снадобьем, которое она научилась делать у индейцев, Кейт усадила его на одну из лошадей наемников Феликса.
– Ты справишься, отец? – спросила она резко.
Джек посмотрел на Кейт. Сердце его дрогнуло, стало больно и трудно дышать. Он не знал ее. Никогда не знал. Девушка, спасшая ему жизнь, была его дочерью, но он не знал ее. Какой ужас!
– Держись, нам долго ехать. Причем в объезд тому пути, по которому я сюда добралась, – она сказала это голосом полным уверенности, твердо и четко.
Джек кивнул.
– Спасибо, Кейт.
Она удивленно вскинула на него глаза, потом подхватила под уздцы лошадь отца и поехала вперед, ничего ему не сказав.
Когда, спустя три часа, ближе к вечеру Джек и Кейт сидели в прохладном лесу на берегу маленького озера в форме капли, Джек позволил себе взглянуть на дочь. Было видно, что она порывается у него что-то спросить, но не решается.
– Как ты нашла меня?
– Проследила за людьми Феликса, после того, как подслушала его разговор с помощником. Что ему от тебя надо? – в упор спросила Кейт.
– Почему Джефф не с тобой? – спросил Джек.
– Спросишь его об этом сам, отец, – процедила она.
– Откуда ты знаешь помощника Феликса? – не унимался он.
– Феликс отправил его и еще пару головорезов за мной. Мол, поговорить его боссу со мной надо было, – ответила она.
– И ты поехала?
– Знаешь, неприятно, когда тебя приглашают в гости под дулом револьвера, – сказала она равнодушно.
– Понятно. И что ему от тебя было нужно?
Кейт угрюмо молчала. Вопросы отца начинали раздражать ее.
– Кейт? Говори, – приказал Джек. – Что ему было надо?
– Я, – жестко бросила она, поднимаясь и отходя к дереву.
Девушка прислонилась спиной к толстому стволу и потерла переносицу.
– Он что-нибудь тебе сделал? – Джек грозно нахмурился. Ему не понравилось то, что он услышал от Кейт.
Это плохо. Феликс начала действовать через его детей. Это совсем нехорошо.
– Я не позволила ничего Феликсу сделать, – коротко сказала она.
– Молодец. Мы должны заехать к Мудрому Медведю, – сказал Джек.
Кейт пожала плечами.
– Должны, значит, заедем.
На протяжении трех дней, что они находились у Мудрого Медведя, Джек наблюдал за своей дочерью, вспоминая слова вождя относительно нее. От увиденного он потерял сон. Кейт действительно, никогда и никому не улыбалась. Оставалась холодной и неживой. Даже ее глаза никогда не выражали ничего, кроме безразличия и грусти. Когда Серое Перо или Большой Кулак шутили, все, в том, числе и Джек, шумно и весело хохотали. Но губы Кейт по-прежнему были сжаты в узкую линию, а брови нахмурены. Что касалось, ее поведения, Джек также был поражен. Хладнокровная, ровная, быстрая и сильная. Кейт без устали упражнялась вместе с индейскими воинами, не уступая им в ловкости и меткости. И несмотря ни на что, красивое лицо ее оставалось безжизненной маской.