Кейт прищурила глаза.
– Я не понимаю, о чем ты, – процедила она.
– После того, как Суровый Человек открыл тебе тайну, ты испугалась.
– Какую ещё тайну? Вождь, о чем ты говоришь? – немного раздражаясь, спросила Кейт.
– Твой отец тебе ничего не рассказывал? – Мудрый Медведь подозрительно сузил глаза.
– Рассказывал о чем? О том заброшенном храме, где было зверски уничтожено все твое племя? Я слышала только эту историю, вождь. Но после того, как папа побывал у тебя и узнал что-то, он надолго уехал. Вернувшись, стал на себя не похож. Что ты ему еще рассказал? – жестко спросила Кейт.
Мудрый Медведь потер подбородок. Джек пока еще ни слова не поведал своей дочери. Однако она почти обо все догадалась сама. Почему Джек тянет?
– Когда придет время, Ветер-в-Волосах, тогда твой отец сам тебе расскажет, – ответил вождь.
– Тайны. Я не люблю тайны. Они губят людей, – сказала Кейт.
– Ты права, Ветер-в-Волосах. Именно потому, что ты понимаешь такие вещи, отец откроет тебе страшную тайну.
Кейт покачала головой.
– Скажи мне, вождь, почему бы больше никому и ничего не знать о храме? Просто прервать цепь передачи этой тайны.
– Для этого необходимо умереть двум людям, – ответил вождь.
– Тебе и моему отцу? – прямо спросила девушка.
Индеец кивнул.
– Я снова задам тебе вопрос, с которого началась наша беседа. А если та трагедия повторится? Здесь. В это время.
– Ты первый человек, который задал мне такой вопрос. И ответ на него – да, боюсь. Но каким образом, Ветер-в-Волосах? – вождь почувствовал, как задрожали колени при воспоминании о том страшном дне. Они были все живы и свежи в памяти. Хотя прошло столько лет.
– Очень просто. Кто-то все же нарушил твой запрет, и рассказал Хитрой Крысе о сокровищах, что хранит храм. Я сама видела письмо. В нем говорилось о встрече и о храме. Феликс ни перед чем не остановится, чтобы добыть те сокровища. Поэтому люди твоего племени по-прежнему в опасности. Феликс начал с моего отца, а закончить может здесь.
Мудрый Медведь долго молчал, обдумывая слова Кейт. Он пристально рассматривал лицо девушки. Она сказала вслух то, о чем он страшился подумать.
– Пусть духи хранят тебя и твое племя, Мудрый Медведь. Мне же ясно, что это сокровище, где бы оно не находилось, должно быть раз и навсегда погребено. Где угодно, но так, чтобы больше никто не сумел найти к нему дороги, – сказала Кейт.
– Ты великий человек, Ветер-в-Волосах, – произнес громко вождь.
– Это не про меня, вождь. Знаешь, я бы не хотела узнать и почувствовать то, что знаешь и чувствуешь ты. Это ты великий человек. Ты можешь жить, зная всю правду. И ты несешь её через всю свою жизнь, Мудрый Медведь, – сказала девушка и опустила голову.
Вождь приподнял пальцами подбородок девушки, заставляя посмотреть ее ему в глаза.
– Ты тоже сумеешь пронести это через жизнь, Ветер-в-Волосах, – твердо сказал он, словно приказывал ей приготовиться к грядущей неизвестности. – И ты замкнешь цепь знания этой тайны. Именно с твоей помощью проклятое золото никому не удастся забрать. Возможно, что дорогу к нему найдут, но ты не позволишь, чтобы кровавое сокровище стало средством обогащения для алчущих золота и власти бледнолицых людей.
Мимолетный страх отразился во взгляде девушки; губы ее задрожали.
– Но я не хочу, вождь. И не могу.
– Ты должна и ты можешь! – брови его нахмурились. – Прими это, как должное.
– Почему я?! – почти вскрикнула Кейт. – Почему ты выбрал меня, вождь? Если Феликс нажмет на меня через моих родных, я сломаюсь.
– Верь в себя, дитя, – индеец оставался непреклонен.
Кейт в ужасе замотала головой. Поднявшись во весь рост, девушка схватилась за виски.
– Я еще ничего не знаю, но мне уже страшно, – сказала Кейт. Она почувствовала, как нарастает паника. – Вождь, пусть это буду не я. Пожалуйста, пощади! Не взваливай на мои плечи такую ношу. Она является для меня непосильной.
– Прекрати, Ветер-в-Волосах, – вождь также поднялся и схватил ее за плечи.
– Нет!