Смит открыл глаза. Кажется, он лежал на дне некой повозке, движущейся в неизвестном направлении. Слегка повернув голову, он увидел совсем седого старика, который погонял своего мула.
– Кто ты? – едва разлепив губы, прохрипел Смит. Адская головная боль сжала его виски.
– Меня зовут Оскар. Кто же так хотел твоей смерти, сынок?
– Не твоего ума дело, Оскар, – прошипел Смит. – Спасибо за помощь.
– Как знаешь. Как знаешь, – старик весело пожал плечами.
– Отвези-ка меня в дом мистера Феликса.
– Дом Хитрой Крысы? Ты у него работаешь? – старик выглядел немного удивленным.
– Да, я его помощник. Если ты доставишь меня к нему, мистер Феликс наградит тебя, – сказал Смит.
Оскар кивнул и, нахмурившись, прошептал себе под нос:
– Если бы я только знал, кто ты, то оставил бы тебя подыхать, исчадие ада.
– Эй, что ты там бубнишь? – строго спросил Смит.
– А? Ничего, я иногда сам с собой разговариваю, сынок.
Крошечного ясноглазого мальчика назвали Ричардом. Он все время только и делал, что ел и спал. Но Джеффри был невероятно счастлив и горд. Его сын Ричард. Их с Бри сыночек. Радости Джеффа не было предела. Он не мог наглядеться на младенца и новоиспеченную мамашу. Бриджит уже вполне оправилась после родов. Она проводил много времени у колыбели малыша, шепча ему ласковые слова любви и нежности.
– Джеффри, как ты думаешь, почему твои родные так старательно хотят удержать тебя и Бри подальше от дома? – серьезно спросил Бен Сомерти, отец Бри.
– Не знаю, – пожал плечами Джефф. – Одно я знаю точно – нас с Бри хотят уберечь от чего-то. Что-то скрыть. Ни отец, ни Кейт мне не пишут об этом. Будто у них там все в порядке. Но ведь я…
– Ты чувствуешь, сынок, – продолжил мистер Сомерти.
– Да.
– Я поеду с вами, Джефф. Давно не виделся с Джеком, – пыхтя трубкой, сказал Бен Сомерти.
– Возможно, я Бри тут оставлю. Не хочу рисковать ею и Ричардом, – он взъерошил свои волосы.
– Вот уж это нонсенс! – воскликнула возмущенно Бри. – Мы поедем все, Джефф. И смей мне возражать, – она пригрозила ему пальцем.
Джефф рассеяно улыбнулся жене и неохотно кивнул.
Сердце его вновь тревожно сжалось. Какого черта они ничего ему не сообщают?!
Кейт остолбенела прямо на крыльце. Ноги словно вросли в ступени, сердце бешено заколотилось в груди. Дора…
– Дора! – выдохнула Кейт и бросилась к ней.
Сестра упала ей на руки и слабо застонала.
– Папа!– Кейт громко закричала, чувствуя, как паника подступает к горлу. – Папа! Скорей сюда! Помогите кто-нибудь!
Один лишь беглый взгляд на сестру, и Кейт ужаснулась. Платье превратилось в лохмотья, на лице, шее, плечах и ладонях виднелись огромные ссадины и следы от ожогов. Ноги ее были босы и также в ранах.
– Кейт, что слу…, – слова застряли в глотке Джека. – Дора! Доченька моя! О, Боже!
Он стремглав бросился к ним и опустился на колени у ног девушки. Подняв подол платья, он увидел, что внутренняя поверхность бедер его маленькой беззащитной крошки была в крови. Стало темнеть в глазах.
Кейт проследила за взглядом отца, и лицо ее побелело. С губ ее сочилась боль и ненависть.
– Я сейчас же убью этого ублюдочного Феликса! – она хотела было подняться, но Дора схватила ее за руку.
– Нет! Кейт! Не бросай меня. Кейт побудь со мной.
– Что же они сотворили с тобой?! Мое бедное дитя, – Джек схватился за голову.
– Я ничего не помню…я ничего не помню..., – твердила Дора бессвязно. – Прости, папа, я ничего не помню.
Кейт так стиснула зубы, что онемела челюсть, кулаки сжались сами собой.
– Тебе не в чем себя винить, Дора, – процедила она негромко. – Папа, нужно вызвать доктора. И отнести ее в дом.
– Да. Кейт, отправь кого-нибудь к мистеру Бейтсу.
Пока Кейт находилась рядом с Дорой, отец разговаривал с доктором.