– Она не жалела тебя, Хитрая Крыса. Ты получил обратно то, что посеял сам.
Феликс сжал зубы и сморщился. Он знал это и без надоедливого краснокожего. Просто невероятно, сколько раз Кейт оставляла его в подобном положении. И чем больше он думал о Кейт, тем более униженным себя чувствовал. Ведь Кейт – всего лишь девчонка! Феликс ненавидел её всеми фибрами души и невероятно жаждал обладать ею. Особенно теперь, когда отметил её.
Проклятие! Тысяча чертей! И если только он оклимается после такого позора, после таких ран, он впредь будет знать, чтобы взять Кейт, необходимы крайние меры. И люди наиболее способные, нежели его трусливые и безрукие идиоты. На несколько секунд он даже перестал дышать от осенившей его мысли. Ну, конечно же! Ему только и надо были способные люди!
Хитрая Крыса не мог скрыть возгласа радости. Кажется, такие люди всё же появились в его окружении. Их было пятеро братьев, если не считать шестую и младшую сестрёнку. Очень скоро им придется работать на него. Уж он-то сумеет вынудить их. Вот только нужно строго-настрого запретить всем в его окружении болтать об Уорренах, индейцах и их сокровищах…
Спустя неделю Кейт нагнала племя индейцев. Сначала они удивленно смотрели на девушку, с закрытым наполовину лицом, но, узнав Ветер-в-Волосах, приветственно махали руками и здоровалась. Жаль, ответить она им не могла. Рана на распухших губах постоянно кровоточила. Не помогали ни ледяная вода, ни травяные снадобья. Кейт возненавидела свое отражение в зеркале. Феликс оставил свою метку на ней, но и она не осталась в долгу. Такую порку этот мерзавец запомнит надолго.
Узрев в поселении брата, Кейт облегченно перевела дыхание. Хвала Господу, Джефф жив и невредим! Она бросилась в крепкие и надежные объятия брата и старалась сдержать слёзы. Лица ему она так и не открыла.
Когда ее пригласили в вигвам Мудрого Медведя, она уселась рядом с Джеффом, Серым Пером и Большим Кулаком. Половина её лица по-прежнему была скрыта под платком.
– Что с тобой, Ветер-в-Волосах? – спросил вождь. – Я едва узнаю твой голос.
– Прости, – с трудом выдавила она.
– Что с твоим лицом? – снова обеспокоенно спросил вождь.
– Теперь я отмечена, – с ненавистью процедила она, почувствовав, как рана снова лопнула и по подбородку начала сочиться кровь.
С презрением к самой себе она сорвала платок с лица. Кровь Джеффа застыла в жилах, Серое Перо вздрогнул, а Большой Кулак нахмурился и сжал зубы. Мудрый Медведь приподнял подбородок девушки и внимательно осмотрел рану.
– Не страшно, Ветер-в-Волосах, – уверенно сказал он. – Наши женщины вернут тебе прежний облик. Иди.
– Не думаю, что это поможет, - проронила безразлично она.
Когда она покинула вигвам, вождь потер свой подбородок. Девушка была права, но всё же он не мог не вселить в неё хоть каплю надежды. Метка на её лице останется и будет видна при пристальном и близком рассмотрении. Но всё же, найдется человек, который скажет, что она самая красивая. Мудрый Медведь был уверен в этом.
– Что вы скажете, друзья мои? – спросил вождь у оставшихся мужчин.
– Хитрая Крыса заслуживает долгой и мучительной смерти под пытками, - процедил на манер Кейт Джефф.
– Он, что считает себя бессмертным, если позволяет себе делать такое?! – спросил Большой Кулак, стараясь держать под уздой свой гнев. – Я помогу ему разувериться в этом.
– И не ты один, брат, - высказался Серое Перо. – Пусть он считает, что выше закона, но он не выше Великого Духа.
– Это правильно, - кивнул головой вождь и сделал знак головой, чтобы они могли идти.
С некоторых пор Мудрый Медведь думал о том, что, возможно, если бы он открыл Хитрой Крысе местонахождение индейский сокровищ, то проклятие настигло бы его. И смерть его была бы мучительной. Но потом отметал эту мысль, понимая и соглашаясь с шаманом племени, что тогда духи их предков стали бы мстительнее, а проклятие не растворилось, как им бы всем хотелось. Значит, надо следовать своей дорогой без спешки и горячности.
Как не старались женщины племени, маленький тонкий шрам остался на губах девушки. Кейт еще больше замкнулась в себе, презирая свое обезображенное лицо. Она только позволила себе разрыдаться один раз, когда сидела с братом в вигваме. Он крепко обнял ее и гладил по волосам, приговаривая, что весь этот кошмар должен когда-нибудь закончиться, говорил теплые слова и приказывал ей не вешать нос. Ведь она по-прежнему оставалась его любимой сестрой, и для него не имело особого значения, как она выглядела. Кейт ощущала любовь Джеффри и была ему благодарна…