Ближе к вечеру вернулась мама. Вместе с папой они засели в кухне, громко перемывая косточки Андрею. Я не хотела даже слышать о нём, поэтому решила подышать свежим воздухом.
Март в этом году выдался непостоянным. Один день мог лить дождь, второй валить снег, а на третий светило солнце, превращая дороги в одно большое грязевое месиво. Но последнюю неделю было настолько тепло, что я сменила зимнее пальто на лёгкую куртку и, отцепив Ратмира, пошла прогуливаться по посёлку.
На удивление здесь мне нравилось. Свежий воздух, доброжелательные люди и безграничное спокойствие — вечером улицы были настолько пустынными, что я спокойно могла вести пса без намордника. Наблюдая за загорающими фонарями, я чувствовала, как остывает моя горящая душа.
Было больно разочаровываться в человеке, которому посвятила больше десяти лет жизни. Но я понимала, что несмотря на возраст, во мне ещё оставались силы для того, чтобы избавиться от чувств к Андрею и снова полюбить. Эта миссия была практически невыполнима, но я верила в её успех.
Через полчаса мы возвращались с прогулки. Мне хотелось как можно скорее оказаться дома, чтобы погреться в бане и лечь пораньше спать, но это было несбыточным желанием — рядом с забором я увидела машину того, кого здесь точно не должно было быть.
— Анечка, здравствуй, — слащаво поприветствовал меня Юрий Николаевич. — Наконец-то ты пришла. Нам нужно поговорить. Уделишь мне минутку? Обещаю, надолго не задержу.
Глава 6.
— Здравствуйте, Юрий Николаевич, — вцепившись в цепь, я пыталась сохранять самообладание.
Отец Андрея всегда страшил меня. Высокий, седовласый мужчина, от которого исходила устрашающая энергетика. Рядом с ним я всегда чувствовала себя ничтожеством, пылинкой, которую можно с лёгкостью смахнуть рукой. Это была необъяснимая тревога.
— О чём вы хотели поговорить?
— Может, пригласишь в дом? — правый уголок его губ самодовольно поднялся. — Не думаю, что нам будет комфортно на улице.
— Извините, но это невозможно, — чувствуя опасность, исходящую от Крицкого, Ратмир навострил уши. — Либо мы разговариваем здесь, либо я пойду...
Тёмные глаза сверкнули недобрым огнём — Юрий Николаевич ненавидел, когда ему перечили. Но если бы я сейчас не смогла дать отпор, так бы и сгорала от страха, порождённого собственной ничтожностью.
— Хорошо, — недовольно вздохнув, он засунул руки в карманы брюк. — Андрей мне рассказал, что ты подала на развод. Довольно опрометчивое решение в нынешних реалиях. Кажется, это был секундный порыв, о котором ты сейчас сожалеешь.
— Нет, — категорично ответила я. — Ваш сын — лжец и изменщик, для которого чужды семейные ценности. Выбрав мимолётную похоть, он предал меня... — сердце бешено билось, но я не могла дать слабину. — Поэтому наши дальнейшие отношения невозможны. Надеюсь, вы проявите благоразумие и не станете уговаривать меня забрать заявление.
— Глупо отрицать правду, Аня, — Юрий Николаевич усмехнулся, слегка подняв брови. — Связь моего сына с дочерью прокурора была поспешной. Ему следовало сначала развестись с тобой, а уже потом начать ухаживать за Дашей. Но что сделано, то сделано... — он тяжело вздохнул. — Я хочу, чтобы ты знала — я не против вашего расставания. Изначально было понятно, что этот брак — пустышка, которая не принесёт Андрею ничего, кроме головной боли. Если бы сын сразу меня послушал, мы бы не пришли к такому финалу... Но, — он снова впился в меня взглядом. — Сейчас это уже неважно.
И вот снова я чувствовала себя оплёванной. Что же такого я натворила в прошлой жизни, что сейчас карма так жестоко карала меня, связав с этой мерзкой семейкой. Но глупо было всё валить на судьбу — я сама пошла против воли отца и вышла замуж за Андрея.
— Ты же знаешь, что в сентябре этого года у меня выборы? — Юрий Николаевич высокомерно улыбнулся. — Это последний шанс зацепиться за эту должность. Я столько времени и сил потратил, чтобы обрести власть, что сейчас не могу упустить возможность.
— К чему вы клоните? — я пыталась скрыть дрожь в голосе.
— Я всего лишь надеюсь на благоразумие своей невестки, Аня, — он сделал шаг вперёд, буквально нависнув надо мной. — Вы разведётесь с Андреем, и он будет счастливо жить с Дашей, но только после назначения меня на должность мэра. Можно сказать, что это уже принятое решение, но если разгорится скандал, я потеряю поддержку Елецкого. Поэтому прошу... Нет. Я требую, чтобы ты забрала заявление, удалила фотографии Даши и тихо сидела в этой глуши до осени. Если будешь умной девочкой, получишь вознаграждение. Если нет, то... — Юрий Николаевич развёл руками.