Как только я села в машину и хотела выезжать с парковки клиники, мне позвонила Яна. Это был первый раз, когда она набрала мой номер, поэтому, смахнув вправо, я, не думая, спросила:
— Привет. Что-то случилось?
— Здравствуй, — расслабленный тон её голоса успокоил меня. — Нет, всё хорошо. Но мне нужна твоя помощь…
— Полчаса ждёт? Я просто в городе — собиралась возвращаться домой.
— Мы тоже в городе, — на фоне слышался шум автомобилей. — Ты не могла бы недолго погулять с Мишей? Серёжа работает, а я не хочу тащить его в клинику.
— В клинику? — удивилась я. — Точно ничего не случилось?
— Не волнуйся, у меня плановый осмотр. Так ты сможешь меня выручить?
Ну как я могла ей отказать?
— Конечно. Где ты сейчас?
Уже через двадцать минут я прогуливалась с коляской в небольшом парке рядом с областной больницей. Оказалось, Яна ещё утром приехала в город на автобусе. Я, конечно же, отругала её, сказав, что это небезопасно, и она могла поехать со мной. Но девушка стояла на своём, говоря, что не хочет сидеть на моей шее.
Признаться честно, мне нравилось чувствовать себя мамочкой. Миша тихо посапывал в коляске, а я не могла на него налюбоваться — таким манящим он был. Буквально витая на седьмом небе от счастья, я не заметила, как сзади подошёл Громов.
— Тебе очень идёт, — сказал он, заставив меня вздрогнуть.
— Что ты здесь делаешь? — испуганно спросила я.
— По делам в больницу ездил, — Максим пожал плечами. — А это Михаил? — он с интересом заглянул в коляску.
— Да, — ответила, закрыв ребёнка козырьком капюшона. — Но, не думаю, что его мама будет в восторге, если ты будешь на него смотреть.
— Боишься, что сглажу? — Громов усмехнулся, немного наклонив голову. — Не переживай, у меня добрый взгляд и чистые мысли. Всё-таки он мой племянник.
Неожиданно Миша стал ёрзать в коляске, недовольно покряхтывая. Сначала я попыталась усыпить его, увеличив амплитуду покачивания, но, когда поняла, что он так не успокоится, сняла накидку и не спеша взяла малыша на руки.
— А чего мы плачем? — спросила, поправив шапочку. — Мама сказала, что ты сытый. Может, подгузник полный?
Я продолжала качать его, ходя по кругу. Но Миша не хотел прекращать рыдания, всё сильнее заливаясь в плаче. Я начала нервничать — переживая, что у него может что-то болеть, стала думать, как быстрее добежать до Яны.
Но неожиданно, всё это время стоящий рядом Максим, подошёл ближе и сказал:
— Давай мне, — он протянул руки.
— Нет, — категорично ответила я. — Если Яна узнает, никогда мне этого не простит.
— Посмотри на него — ещё недолго и капилляры вокруг глаз полопаются. Давай, говорю, — забрав у меня Мишу, Громов стал медленно прохаживаться, что-то тихо ему нашёптывая.
Удивительно, но малыш успокоился — он не уснул, лишь с интересом смотрел на нового знакомого. Максим же широко улыбался, разглядывая племянника.
— Ты была права, — поджав губы, произнёс Громов. — Он очень похож на меня. Словно копировали… Вот Яна молодец. Я ожидал рыжеволосое солнце, а появился маленький чертёнок.
— Не называй его так, — недовольно сказала я. — Все дети — ангелы.
Подняв голову, Максим тяжело вздохнул и закатил глаза. С его сурового лица не сходила улыбка, отчего я невольно тоже улыбнулась.
— Говорят, опыт не пропьёшь. Сколько сейчас твоему ребёнку? Четырнадцать, скорее всего. Кто родился? Думаю, мальчик.
Я спрашивала, и сама отвечала на вопросы. Сейчас они не приносили мне такой боли, как пятнадцать лет назад. Наверное, поэтому я готова была выслушать Максима. Но он неожиданно помрачнел, крепко прижав к себе Мишу.
— У меня нет детей, — его голос снова похолодел. — И жены нет…
Это поразило меня. Как у него не было ребёнка, если при расставании он сказал о беременности девушки? Возможно, с малышом что-то случилось и они развелись? Тысяча вопросов крутилась в голове, но я не могла озвучить ни один из них, внезапно боясь ранить чувства Максима.
— Всё ещё впереди, — не думая, ляпнула я, а потом сразу же пожалела. — Точнее, я хотела сказать, что ты ещё молод, что…
— Не нужно, — в одно мгновение Громов изменился в лице. — Всё в порядке. Миша уснул, поэтому давай я положу его в коляску.