Аккуратно вернув малыша на место, Максим заботливо укутал его одеялом и поправил накидку.
— Пожалуйста, не говори, что видела меня, — произнёс Громов, не отрывая взгляда от Миши. — Я всё же решил последовать твоему совету и дать Яне возможность самой набивать шишки. Сейчас я буду стоять в стороне, просто молча наблюдая за её жизнью, но если что-то случится — вмешаюсь.
— Спасибо, — слегка улыбнулась я.
— За что? — Максим посмотрел на меня.
— Спасибо, что прислушался. Для Яны это действительно важно.
Громов кивнул, отведя взгляд в сторону. Нам не о чем было дальше разговаривать, но Максим не уходил. Он словно хотел задать вопрос, но никак не мог решиться. Тогда я сделала первый шаг, направившись в сторону больницы.
— Аня, — окликнул меня Громов.
— Да?
— У тебя точно всё хорошо? Если будет нужна помощь, ты всегда можешь обращаться ко мне. Поверь, сейчас я уже не тот мальчишка, которому нужно было вытирать сопли. Вместе мы сможем найти выход из любой ситуации.
Его предложение было абсурдным — как я могла довериться тому, кто уже предал меня однажды. Но внезапно, глядя в тёмные глаза, поняла, что хочу ответить:
— Буду иметь в виду, — кивнув, я отвернулась и поспешила к Яне.
Глава 11.
Следующие несколько дней прошли спокойно. Пока я была дома, решила заняться разбором материалов для докторской диссертации. Я давно планировала получить степень, но научную работу и семейную жизнь было сложно совмещать.
Удивительно, но за это время Юрий Николаевич мне не звонил. Возможно, та девица действительно поговорила с будущим свёкром, и теперь он был «за» наш скорый развод?
Я не знала. Но понимала, что несмотря на угрозы, обязательно разведусь с Андреем. В любом случае Олег обещал мне в этом помочь.
Сидя на кухне, я копалась в файлах ноутбука и случайно наткнулась на папку с фотографиями и видео пятнадцатилетней давности.
Снимки с университетскими знакомыми, смешные моменты с занятий, и даже посвящение в студенты — мы были тогда такими молодыми и беззаботными, что сердце сжалось от тоски.
Ужасное качество не мешало мне наслаждаться приятными воспоминаниями до тех пор, пока я не дошла до кадров с моего двадцатилетия. Я помнила, что где-то среди них есть видео с Максимом, но всегда боялась до него доходить.
Но сегодня что-то заставило меня полистать до конца.
Пятнадцать лет назад
— С днём рождения тебя! С днём рождения тебя! С днём рождения, моя Банти! С днём рождения тебя! — радостно пропел Максим, в полночь притащив к подъезду огромный карамельный торт. — Задувай свечи и загадывай желание.
Улыбнувшись, я задумчиво постукивала пальцами — что я могла пожелать, когда у меня всё было? Наверное, счастья близким. Или, может, стоило всё же подумать о себе и загадать бесконечную любовь? Но она уже была у меня. Не придумав ничего лучше, я закрыла глаза и, глубоко вдохнув, задула свечи.
— Что загадала? — наклонившись, Максим широко улыбнулся.
— А всё тебе скажи, — поцеловав его в нос, пальцем подцепила немного крема. — М-м-м, очень вкусно. Где покупал?
— Сам испёк, — усмехнулся он, выпрямившись. — Что, не веришь?
— Нет, — рассмеявшись, покачала головой. — Ты и кулинария — вещи несовместимые. Я до сих пор помню, как мы у Смирновых чуть кухню не спалили, пытаясь пожарить яичницу. А тут целый торт! Признавайся, лис…
— Ладно, ты меня раскусила, — Максим тяжело вздохнул. — Пришлось ехать в твою любимую кондитерскую и умолять продать мне не пирожные, а торт. Хотя бы представляешь, сколько они за это запросили?!
— Наверное, целую почку, — продолжала слизывать крем. — Стоп. Ты же копил на подарок сестре. Зачем потратился на меня?
— Это ещё не всё, — он засунул руку в карман, и достал из него цепочку с небольшим кулоном. — Надеюсь, он принесёт тебе столько счастья, сколько ты пожалеешь, Банти.
Мне не нравилось, когда Максим так меня называл. Но он не мог ничего с собой поделать — милое прозвище прицепились и никак не хотело сходить с языка. Банти — производное от слова «Баунти». Максим говорил, что я его райское наслаждение.