– Опять по ночам шастать собралась?
– Ну, почему сразу шастать? Я молода, и я не хочу провести свою молодость как монахиня, в отречении от мирских радостей. Я хочу отрываться по полной. Поется же в песне – «танцуй пока молодой».
– А ты забыла про басню: попрыгунья стрекоза лето красное пропела …
– А что ты мне предлагаешь, сидеть дома? И что это даст?
– Книжки читай, языки учи, занимайся саморазвитием, – заботливо начала говорить мать, – в конце концов, физкультурой займись, здоровье укрепляй, о своем будущем подумай, цели, перспективы наметь. Жизнь она очень многогранна, и для развитого интеллекта есть много чего интересного. Это скудоумные, не далекие умом знают только примитивные, простейшие из занятий – плотские удовольствия.
– Со здоровьем у меня все в порядке.
– Дай-то бог, но здоровье нужно беречь и постоянно поддерживать разными упражнениями, диетами, походами на природу, и еще море подобных вещей. А то, чем в клубах молодежь занимается – только растрачивает свое здоровье и молодость. Здоровье тоже, довожу до твоего ума, иссякает, если не относиться к ней бережно.
– А любви, в твоей морали места нет?
– Любовь, дочка, сама придет. По ночным клубам искать ее не надо. В ночных клубах одно только распутство, пропой, прожигание жизни и тому подобное.
– Тебя послушать, так все люди, которые посещают ночные клубы – это исчадия ада.
– Невежество, дочка, тоже зло. Они, эти прожигатели жизни, все невежественны.
– Ой, мама все, не надо. Я тебе могу привести уйму фактов, когда умнейшие люди человеческой расы посещали развлекательные заведения.
– Ага, тебе бы только найти аргумент, чтобы заночевать, бог знает где, – в сердцах сказала мать.
– Мам, я устала повторять, что буду ночевать у подруги. И не надо из этого делать что-то невообразимое.
– Вот отец приедет, даст тебе взбучку.
– А сколько ему до нас лететь – пять лет? Что-то далеко он на этот раз улетел.
– Что поделаешь, такая у него работа.
– Вот прилетит и займусь саморазвитием.
Пока Нона с подругой наводили марафет, в другой части города Эркин с Хеном тоже не собирались довольствоваться тихим уединением в своих "берлогах". Эркин не особо-то обнаруживал желания ходить по развлекательным заведениям, но Хен всегда находил способ пробудить в нем прожигателя жизни.
– Слушай Эрик, если так будет продолжаться, скоро на тебя ни одна девушка не посмотрит. Ты что-то вообще скис в последнее время. Стареешь что-ли? Вроде рановато еще, – обратился Хен к Эркину.
– Что-то хочешь предложить?
– А ты не догадываешься!? Дело твое, я могу и без тебя пойти, я быстро найду компанию.
– Да, от одиночества ты не умрешь. Ты прав, давненько мы с тобой не отрывались на танцполе.
– Да ты все сохнешь по ней, и ни куда даже не ходишь, разве что в информационные центры на всевозможные семинары.
– И ничего я не сохну по ней, просто мне понравилось с ней. Досадно, что я не говорил с ней о дальнейшем поддерживании общения, и не взял ее связные данные. Да в общем, я и не думал, что заскучаю по ней, захочу видеть ее еще, слышать ее голос, чувствовать ее запах, ее близость.
– Ты же запомнил, где она живет.
– Ну и что, от того что я знаю где она живет? К ней без звонка совершенно невозможно попасть, а номеров ее я не знаю.
– В отличии от тебя, я взял у тех девиц их номера телефонов.
– Мне сейчас кроме Ноны, не с кем не хочется общаться. Да и не нужно сейчас ни каких девиц. Просто пойдем и посидим где-нибудь.
Они пошли в тот же клуб, где встретили Нону. Они, как обычно, сели за барной стойкой. Через некоторое время Хен отлучился по нужде. В дверях показались двое верзил. Почему-то Эркин обратил на них внимание. По какому-то внутреннему чувству наваждению эти двое Эркину не понравились, и у него появилось плохое предчувствие, ему стало не комфортно. Но Эркин справился со своей неприязнью и решил не обращать на них внимания. Он дал знак бармену, чтобы тот налил еще виски. Выпил, закурил сигарету и тут же забыл о неприятных типах. Он задумался о Ноне. Очень хотел, чтобы она сейчас была рядом. Вспоминал ее жизнерадостную улыбку, ее приятный голос и красивые, необыкновенные глаза. Но ему недолго пришлось погружаться в приятную негу грез.
Он увидел, что те отморозки не дают покоя двум девушкам, несмотря на уговоры девушек оставить их. Эркин решил не вмешиваться самому, а потребовать охранников, чтобы они выполняли свои обязанности, в данном случае заключающийся в защите девушек от неадекватов. Эркин громко позвал охранника: