Что-то дрогнуло у нее внутри.
— Стивенсон, ты все делаешь правильно.
— Ты не поняла.— Он и сам не очень-то понимал, чего хочет сказать.— Ты мне действительно нужна.
— Но ведь я же с тобой...
— Ты останешься здесь после того, как кончится твоя опека над Майклом?
Ее затрясло.
— У нас в запасе еще две недели. Есть время подумать. Это...— Спокойнее, Эйджи. Не руби с плеча.— Она стиснула его пальцы.— Мне надо найти его. Поговорим об этом позже.
— О'кей.— Он отступил в сторону и отогнал от себя непрошеные мысли.— Так или иначе, но нам придется решать. И очень скоро.
Она быстро кивнула и принялась спускаться по лестнице. Монти только махнул рукой в сторону входной двери и она, благодарная ему за тактичность, молча прошла мимо.
Майкл стоял на тротуаре, засунув руки в карманы, и хмуро глядел на проезжавшие машины. О, она слишком хорошо знала, что он чувствует. Олаф Стивенсон влезал человеку в печенки и забирал его со всеми потрохами. Прежде чем тот успевал опомниться.
Она пообещала себе еще поразмыслить над тем, что Олаф сделал с ее печенками. Сейчас надо было подумать о младшем.
Эйджи подошла к нему вплотную и погладила по щеке.
— Как ты?
Он не обернулся и продолжал смотреть на улицу.
— Зачем он это сделал?
— А ты как думаешь?
— Я ни о чем не просил его.
— Самый лучший подарок — непрошеный.
Наконец Майкл пошевелился. Сейчас он был совершенно беззащитен.
— Это вы ему подсказали?
— Нет! — Пытаясь не потерять терпения, она схватила его за руки и заставила повернуться к ней лицом.— Раскрой глаза, Майкл! Ты же видел, как он переживал, слушая твою игру. Он только и говорит о том, как гордится тобой. Ему захотелось подарить тебе что-то очень нужное. И сделал он это совсем не в расчете на благодарность. Просто он любит тебя. Так принято в семьях.
— В вашей семье...
Она быстро кивнула.
— И в вашей. В вашей с Олафом. И не вздумай снова нести эту чушь о том, что вы не родные братья! Я понимаю, что ты почувствовал, когда вошел и увидел пианино. У мамы в день рождения было точно такое же выражение лица...
Он закрыл глаза и прижался к ней лбом.
— Я не знаю, что ему сказать. Что сделать. Никто никогда... У меня никогда никого не было. Когда я был пацаном, то не отходил от него. А он удрал...
— Я знаю. Но вспомни, он же сам тогда был мальчишкой. Зато теперь он никуда не собирается удирать.— Эйджи поцеловала его в лоб, как это делала ее мама.— Почему бы тебе не войти в дом и не сделать то, что напрашивается само собой?
— Что сделать?
Она улыбнулась.
— Да сыграть что-нибудь. Давай! Он ждет не дождется, когда ты сядешь за инструмент.
— Ага. О'кей! — Он шагнул в сторону дома.— Вы со мной?
— Нет. Мне еще кое-что надо сделать.— Подумать тебе надо, голубушка, поправила она себя.— Передай Олафу, что мы увидимся позже.
И все же она подождала, пока Майкл вошел в дом. Стоя на тротуаре, она следила за окном. Через несколько мгновений из него донеслись тихие звуки музыки.
10
— О, Эйджи! — воскликнул Уил, заметив, как девушка проскользнула в дверь бара. Он залил в объемистый живот очередную кружку пива и выпрямился на табурете.— Можно вас угостить?
— Пожалуй, сегодня можно.— Она повесила пальто на вешалку у двери, улыбнулась Олафу и бросила многозначительный взгляд на стоявшую у бара блондинку. Заказывая еще один коктейль, та поглаживала Олафа по руке.
— Трудный выдался вечер?
Навстречу, жонглируя подносом, шла Линда.
— Это ее третий заказ,— сказала она со вздохом.— И пялит она на босса свои голубые глаза уже часа два.
— Ну, если это все, на что она способна, пускай пялится, пока не ослепнет.
Линда понимающе хихикнула.
— Та еще девица! Эй, подождите минутку...— К изумлению Эйджи, Линда несла целый поднос с коктейлями, пустые пепельницы и плетеную корзинку.— Видите эту брюнетку у музыкального автомата?
Сжав губы, Эйджи обозрела узкие, обтянутые джинсами бедра и водопад медово-каштановых волос.
— Вы хотите сказать, что мне следует тревожиться?
— Следует тревожиться мне. Это моя старшая.
— Так это ваша дочь? Да она просто красавица!
— Ага. Вот почему я и тревожусь. Короче, Олаф туч намекал насчет того, как бы ему хотелось, чтобы Майкл ближе сошелся со сверстниками. Ну, я и пригласила ее попробовать сандвичей Монти.
— Так... И что же?
— Майкл глянул на нее. Но у него сейчас одно на уме — обслуживать столики по вечерам. Так что он не клюнул.