— Ну-ну, не из-за тебя, — успокаивал Ждан, так внезапно и трогательно разрыдавшуюся жену. Она точно не манипулирует им? Вроде нет. Он погладил её дрожащие плечи, а затем перевел взгляд на странную фигуру под простыней, ткань задралась, и чья-то безжизненная рука свесилась с подлокотника стула. — Леся…
— Ты злишься? Я понимаю, — она шмыгнула носом. — Ты в своём праве, но я правда хотела, как лучше!
— Леся, ты убила кого-то? — голос Ждана охрип от волнения.
— Что? — ведьма отпрянула. — Да с чего ты взял, что я буду убивать? Нет! Я не в ярости, я не раздавлена, не в скорби, я полна положительных чувств! Моя магия готова творить любое светлое волшебство, она даже надолго обездвижить не может! — у неё от обиды задрожали губы, Ждан не верил.
— А отвод глаз хорошо держит? — спросил он серьёзно.
— Да, хорошо, — ответила она, хоть и была сбита с толку.
— Не похоже.
— В смысле?! — Леся даже плакать перестала, чему была рада.
— Я вижу труп, — Леся повернулась, по направлению его взгляда.
— Ах, это, — посмеялась ведьма, испытывая невероятное облегчение. — Это голем.
Ждан с опаской подошёл к стулу и сдёрнул простынь, на него смотрела безжизненная Леся. Вид остекленевших глаз возлюбленной заставил передернуться и задохнуться на миг, по коже пробежали мурашки вызывая неприятный зуд. Он накрыл этот ужас и немного виновато взглянул на ведьму, та выглядела уже, как обычно, словно и не было истерики, слёз, покрасневшего носа. И как верить ей? Насколько она с ним честна? Ведь один миг и её лицо сияет. Что из этого чары? Слезы или улыбка? Может быть ни то, ни другое, просто она хочет выглядеть перед ним красивой, она же женщина. Ждан тяжело вздохнул. Её побег он расценивал, как предательство и недоверие и теперь сам не в силах был избавиться от подозрений на её счёт. Не так быстро.
— Как ты меня нашел? — спросила она, ведь где-то она всё-таки прокололась.
— По связи с ребёнком.
— Ах, это… — Леся стушевалась, не так она хотела, чтобы муж узнал, она нахмурилась, поджала губы, ещё немного и опять бы заревела, но сдержалась. Ждан же смотрел на её мимику, пытаясь успеть отследить весь спектр эмоций и терпеливо ждал, ведь она хотела продолжить свою речь. — Это я должна была тебе рассказать! — вместо объяснений и оправданий она его зачем-то обвинила, а ведь не собиралась. — Прости. Я хотела сама рассказать, — вздохнула она. — Ну, в более романтической обстановке… Чтобы ты порадовался, а не сверлил меня тяжелым взглядом! — она опять взвилась. — Или ты не рад?
— Если бы не сбежала, была бы и обстановка романтичная и мои нервы целые и мой крепкий сон по ночам, и всё это позволило бы мне показать всю радость, — Ждан нахмурился, вспомнив, как места себе не находил все эти дни. — Но вместо этого, ты решила подвергнуть опасности и себя и нашего ребенка, и меня заодно. Неужели ты правда верила, что я останусь сидеть на месте, когда тебе может грозить опасность?
— Мне казалось, что это самый оптимальный вариант, — наверное ему не знакомо было это мудрёное слово и она добавила: — подходящий.
— Я знаю, что такое «оптимальный».
— Ты раньше не знал, что такое «романтично», откуда я знаю! — насупилась ведьма, скрестив руки на груди. — У меня всё под контролем. В том плане, что ни я, ни ребенок не пострадаем. Во мне столько магии, что я могу пойти на костер вместо голема и мне нечего не будет. Вот только Джиневра должна сгореть на публике.
— Так, — он кивнул, прося рассказать, тем самым, подробнее.
— Я уже была во дверце, навестила этого урода. Государь внушение закусил. На площади уже собирают костёр, в газетах пишут, что Джиневра поймана. А я…
— А ты не боишься, что твои чары опять дадут сбой? — хмуро поинтересовался он.
— Нет, — отмахнулась она. — Я столько силы на это направила, что Его Величество чуть не задымился. Мне даже немного легче стало управлять магией, но вот, пару дней прошло и меня накрывает. А оживление голема требует тонкой работы.
— Работа с разумом тоже.
— Император жив, он послушен, ест, спит, ведет себя, как обычно, — конечно, если бы этого она не потребовала, то тот так и сидел бы жуя свой носок и пуская слюни. — Я немного перестаралась, признаю. Но у государя вполне приличные внуки. Его детей к престолу лучше не допускать, но вот внуки просто чудо.
— Ты успела и с его внуками познакомиться?
— Хм, ну, не то чтобы… Эм, — она пожевала нижнюю губу. — Ты пойми, мне же нужно было разобраться что к чему.