— Вот тут налево, — попросила она кучера.
— Вы уж извините, но отсюда вам надо вызывать междугородних грифонов, — ответил им кучер останавливаясь рядом с остановкой на выезде.
Сандер расплатился с ним, а Фера раздраженно потёрла артефакт вызова встроенный в столб остановки. Табличка гласила, что среднее ожидание двадцать минут. Она вздохнула садясь на кленовую резную скамеечку, мужчина сел рядом с извиняющейся улыбкой. Губы у него были, как и у Люфики розовые, мягкие на вид, только лишь более грубо и по мужски очерченные. Глазами они тоже были похожи. И вроде бы, насколько Фера помнила, это не общая черта русалок, глаза у них были разными, а вот волосы только перламутровые, как и чешуйки. Хотя у Сандера чешуйки были в тон коже, немного золотистые, словно от загара. Видимо солнце придало не только коже этот характерный оттенок.
Интересно сколько ему лет? Кажется, что не больше двадцати пяти, но по ощущению казалось, что он гораздо старше. А вот Люфика совсем не выглядела, как несовершеннолетняя. Или Фера что-то не знает и у русалок совершеннолетие наступает не в шестнадцать? Она сама в этом возрасте окончила школу и пошла в целительскую гильдию, там сразу же ей выдали десятую степень, которая означала ученика, через два года, с восьмой степенью её направили в Захребетный, соседний город с краевой гильдией, там жила её тётя, последняя живая родственница старшего поколения. Двоюродные брат и сестра уже имели своих детей и жили отдельно, разъехались кто куда, поэтому тётя была рада, что племянница будет рядом. Помогла найти квартиру приличную и часто навещала по соседски.
Позавчера Фере исполнилось двадцать лет, она никак не праздновала, не было у неё такой привычки, да и не с кем тут. Это уже четыре года, как она совершеннолетняя, два года, как работает и обеспечивает себя. Тетушка помогает, хоть Фера её и не просит, всего и так хватает, но, то домашние яички, то курочку, то мешок сахара с благодарностью принимает. Тетя Лилиан рада о ком-то заботиться, внуков редко видит, а тут хоть племянница под боком.
Рыдван приехал на исходе семнадцатой минуты, девушка поглядывала на свои изящные наручные часики доставшиеся ей ещё от матушки, родной дочери бабушки. Так уж сложилось, что отца она своего не знала, да и никто, кроме матери не знал. Диси своей матери ничего не рассказывала, маленькой Фере тоже, а сейчас уже и не у кого спросить. Ей было почти восемь, как Диси ушла из жизни, острая блякса, почти бессимптомное поражение сердца. Легко диагностируемое и излечимое, вот только засечь заражение можно только если вовремя пройти диагностику. Диси же была довольно беспечной и до последнего не знала о бляксе, а когда узнала, то было уже поздно, с появлением симптомов лечение становится бесполезным. Наверное поэтому Фера и пошла в целители, да и её магическое направление совпало с желанием лечить людей. Бабушка Элла ушла спокойно, от старости, пережив деда на двадцать лет, именно такая разница в возрасте у них и была, оба умерли в сто семь лет.
Город Стеблецк славился своим огромным озером и рекой Думной, которая брала свое русло отсюда и разливалась на три края, одно из длинных рукавов с названием Ласка даже доходило до Захребетного. Небольшой приток Ласки формировался в озеро и Фера, как и многие другие, часто отдыхали в кафе на воде «Нежность», там она впервые поцеловалась. Правда эти отношения совсем дурные вышли, и послушавшись тётю, Фера не стала бегать за Арктиком. Уж больно он был не серьёзный, девушка потом это уже поняла. Но первые отношения, всё равно, стали для неё очень уж важными, хоть и встречались они всего три недели.
Сложность поиска Люфики заключалась в том, что Стеблецк окружал это озеро, по величине то было настолько огромным, что если встать на одну сторону берега, то почти не видно домов на другой стороне. Если сейчас выбрать неверный путь, то поиски затянуться, и стоя на развилки, как назло, интуиция молчала.
— Не переживайте, — попросил её Сандер. — Если ошибёмся, то ничего не поделать, угадаем — чудесно. А вот стоя тут мы только теряем время.
— Вы правы, — согласилась девушка. — Давайте тогда налево.
— Левый берег, — крикнул он кучеру, ехали они в крытом рыдване, с удобными креслами, но без связного артефакта, но кучер услышал и тронул грифонов куда велено. — Вам моя компания в тягость?
— Что вы, нет, — удивилась Фера. — С чего вы взяли?
— Возможно, я ошибаюсь, просто привык, что сухопутные всегда расспрашивают о таинственных глубинах океана. Уже забыл, когда приходилось начинать разговор первым.