— А мне решил позволить укусить? — Микоша посмотрел на тонкие, но крепкие руки, которые теперь были видны из-за закатанных рукавов и на красивые длинные пальцы крутящие туда-сюда флакончик с лосьоном. — Почему? Да и зачем?
— Сама сказала, что мы уже считай супруги, — тихо заметил Тэ. — Кусать, это не всегда неприятно, Коша, но давай и правда продолжим завтра.
Тэлиан весь извёлся от своих мыслей, от накрывшей его сегодня симпатии, он и так ждал Микошу не спав третью ночь. Мужчина ярко чувствовал, что девушка его пара, но знал, что пока та не пройдёт становление, то не будет испытывать это притяжение так же ярко, как он сам. Тэлиан находился в эйфории своих ощущений и боялся, что напугает девушку своими нежными порывами. А ведь знакомы они лишь пару часов и то, что Коша так гладко воспринимает уготованную ей судьбу — просто великая удача. Впрочем, возможно и на неё влияет магия их связи.
— Я же вижу как закрываются твои глаза, — продолжил Тэ. — Ничего не случится пока ты будешь спать, обещаю.
— Доброй ночи? — неуверенно попрощалась девушка, немного сожалея, что её всё-таки оставляют.
— Да, я тоже буду спать, — улыбнулся мужчина. — Моя комната напротив, колокольчик на столе, тележку я увезу, а ты не засиживайся в воде… О, и я принесу тебе сорочку, — почти смутившись, пообещал он. — Положу на кровать, а твои вещи отдам служанке на стирку, вдруг ты захочешь их оставить.
— Спасибо, — Микоша улыбнулась, намыливая ногу закинутую на бортик, — до завтра.
Девушка ложилась спать в страхе, что проснется в пустом имении, что все умрут и останется только Намун оберегаемый материным кулоном. И встав по привычке раньше петухов, бодро подскочила с кровати не узнавая комнаты. Она распахнула шторы пропуская рассвет и вспоминая события прошлых дней, открыла форточку, пропуская свежий воздух. С улицы уже доносились людские голоса и было видно, как в дальних домах за стеной имения загорается свет в окнах.
«Если кто-то умер, то не все», — радостно подумала она и пошла умываться. — «Тэлиан обещал, что не умрёт, Намун с кулоном, а служанка Онхе?», — задумалась Коши, звоня в колокольчик. Ей хотелось выйти и обследовать всё тут, но из одежды на ней были только шёлковые брюки и такая же сорочка, впрочем, по её мнению, костюмчик достаточно приличный, но не для аристократичной публики. Минут пятнадцать ожидания и уже словно родненькая Онхе вкатила тележку полную еды.
— Доброе утро, Лорд Илихма, — она сделала глубокий поклон одаряя светлой улыбкой при свете включённой на треть люстры. — Не знаю как вас благодарит, — вздохнула она, — если бы не вы, то и дальше не ведала, спасибо, что отвадили, судьбу мою спасли.
— О чем вы, душенька? — растерялась Коша, не понимая её благодарность. — Я рада, что угодила, но не ведаю чем.
— Моя госпожа, я о даре вашем, — сияя лицом сообщила женщина, лет на десять молодея тем самым. — Жениха моего с любовницей застала, оба мертвы, хвала кровавой Матери и Вам!
— Вы не скорбите, Онхушка? — Эта весть давала опасения, что на этих двоих не кончится.
— Что вы, госпожа, радостно же! — Она только в ладоши не хлопала, — радостно очень. Сначала думала сама убью его, когда увидела с другой, а потом смотрю, а он уже.
— Много сегодня трупов? — нерешительно спросила Микоша. Ей и всё равно было, раз за дело гибли, особенно если чужие, но теперь зная, что она может управлять радиусом, то немного обидно становилось. Она ведь сама по себе никого убивать не хочет, а как понять этот радиус, как увидеть и сократить она не знала.
«А вдруг Тэлиан ошибся и тоже умер?!», — тревожно ей стало от этой мысли. «Но если он умрет, то значит, есть за что?», — задумалась Микоша, но почему-то ей хотелось верить, что тот жив и жить будет долго. Девушка знала некоторые тонкости в делах магии, светлая матушка её многому учила. Она староверка и верила в саму суть магии, а не в кровавую Мать и других новых Богов. И часто вместо сказок рассказывала об их магической связи с отцом: «Мы с ним до боли разные, такие, что лёд и пламя покажутся сёстрами в сравнении, но нас вязала одна нить», — и вот Микоша чувствовала, что её с Тэ связывает что-то большее чем обычаи их семей, договор и дары. И за мимолётный срок их свидания она ощутила это, особенно когда мужчина ушёл. Не так стало всё, не так ладно и уютно, и стены чужими обратились и мыло перестало так же сладко пахнуть, как и вода дарить теплый покой. Микоша сразу сон сморил, а теперь она думала, а будет ли зол на неё Тэлиан за то, что по словам Онхе сегодня четверть города не очнулась после сна? Придет ли он к ней с портными, как обещал? Будет так же мило и забавно отводить карие глаза когда Микоша слишком пристально наблюдала? А придёт ли он вообще? Вдруг в обиде? Вдруг Микошин дар погубил кого-то из совета, о котором Тэлиан так трепетно отзывался? Вдруг он сам уже пакует чемоданы?