На мысли о чемоданах Коша отодвинула чашку тонкого фарфора с ароматным чаем. Она пил вторую, оттягивая время, ожидая когда Тэлиан откроет дверь. Но терпением, которым славилась Ханла ожидая мужа в селении, она не обладала и зная, что спальня мужчины напротив, поспешил туда. Не в привычке её было стучаться и она вошла в незапертую дверь, в комнате пахло Тэ, сладко, с горчинкой, словно куст пионов распустился рядом с лавкой специй. Шторы задернуты, свет потушен, но Микоше не составило труда рассмотреть, что на кровати кто-то спит. Шаг заглушился ковром, хоть Коша и не старалась красться. Тело Тэ гибкое, в тонких брюках лежало раскинувшись на всю кровать, сбив в кучу одеяло. Волосы уложенные вечером в причёску, сейчас спадали челкой на лоб делая его лицо совсем юным.
— Умаялся, — одними губами прошептал Коша, отчего-то не желая уходить.
— Микоша? — сонно, еще не успев разлепить глаза, спросил Тэлиан.
— Извини, не хотела тревожить, — улыбнулась девушка, и не ведая стеснения присела на кровать. — Решила убедится, что ты дышишь, я то уже встала и позавтракала, а тебя всё нет. Думаю, может обманул меня и помер, — она ещё шире улыбнулась услышав смех Тэлиана.
— Я, может, к твоему несчастью, умирать не буду, — фыркнул Тэ отсмеявшись и садясь. Таким простым и родным Тэлиан показался Коше, без костюма, украшений и причёски: — «Тёплый», — охарактеризовала она эту близость, вкладывая в слово смысла больше чем есть.
За горой под которой стояло имение Илихма город продолжался дальше, и оказался намного больше чем думала Микоша. Выйдя в ту ночь из леса она увидела лишь четверть заселенной земли принадлежащей теперь ей и Тэлиану. На ту сторону путь лежал вдоль реки и было три моста через которые путь вел на более отдаленные, редко заселенные, новые земли. Дальше имения Микоша не выходила, а потом приучив себя чувствовать и сжимать радиус своей силы оббежала каждый уголок. Почти два месяца на это ушло, но теперь она была рада, ведь этого просил Тэлиан.
В отличие от мужчины, который относился к чужим жизням осторожно, Коша всё ещё не могла понять грусти о смерти незнакомца несущего в своём сердце тьму. Оно и ясно, рассуждала девушка, ведь Тэ мог поменять человека, стереть из его сердца зло направить на иной путь. Кому-то требовалось лишь легкое внушение Тэлиана, кого-то приходилось менять совсем, но из всех них он легко мог сделать самым жертвенным, чутким и благонадежным человеком.
К Микоше, с момента её жизни в имении, стали приходить люди которые просили её о смерти, то были разные поводы: неизлечимая болезнь, самосуд раскаявшегося, невозможное горе от утраты близкого или усталость. Сначала она удивлялась, но с приходом всё новых лиц уже воспринимала бремя, как что-то обыденное. Она не отказывала, долго говорила с каждым, но в итоге принимала просьбы даруя им желанную мгновенную и безболезненную смерть.
А как прошло время и Микоша почувствовала уверенность, что не применит дар случайно, в городе и имении стали готовить праздник в честь союза дочери рода Илихма и сына из рода Дарлог. В этот же вечер Микоша решила пройти последний этап взросления и совершить ритуал становления. Клыков ей по-прежнему не хотелось ни силы новой, как и небывалого долголетия, но она хотела не спать ночами вместе с Тэ, быть рядом когда тот бодрствует, помогать по мере сил и знаний в управлении такими огромными землями. Ведь она теперь в ответе за этих людей, а если им будет плохо, то в их сердцах может зародиться тьма.
К началу жаркой осени в Илихма стали съезжаться гости на праздник, было много важных людей, но Микоша волнения не испытывала. Её мир вертелся вокруг Тэлиана и всё, что ей было нужно — просто находиться рядом с ним. Никому она не хотела понравиться и лишний раз улыбнуться, только мужу своему. Из родственников к Тэ приехал только двоюродный брат и наследник рода Дарлог, Сэниал. Остальная семья Тэлиана опасалась всегда, а теперь зная какой силой обладает его невеста Микоша, то и подавно запрятались за делами рода. Сэниал любил брата и никогда к нему страха не испытывал, он знал, что тот нежное сердце в груди носит и зла никому не причинит без острой нужды. И брат писал, что будущая супруга его, самая светлая и добросердечная девушка, что довелось встречать ему, так что и от Микоши не ждал Сэниал зла, а раз не ждал, то и не получит.
Церемония была тихая, ритуал прошёл без изъяна, народ гулял громко, а Коша и Тэ под понимающий взгляд Сэниала скрылись очень быстро в своей спальне. Утопая в нежности друг к другу они оба, за всё время, не преступили грани, лишь теплые касания губ к губам и долгие объятия знали их тела. Сегодня непременно они хотели большего, как и полагалось, в день свадьбы. И хоть Тэ был старше, но всё он знал лишь из книг, да и из инстинктов, что кружили голову и жгли желанием. Микоша же, росшая в селении староверов видела обряды, видела обнаженные тела, под полупрозрачными невесомыми платьями, как кружились невесты у костров и как женихи их уводили закреплять ритуал в таких же сорочках.