Обо всем этом они узнают от Сваволи.
— Послушай, — остановил Лесняка в коридоре общежития Сваволя, — каким языком заговорили с нами англичане! — Размахивая газетой, он рассказывал о необычной дискуссии в палате общин.
— Как ты все это расцениваешь? — поинтересовался Михайло.
— А что тут расценивать? — спросил Алексей. — Англия привыкла чужими руками жар загребать. Хитрят, хотят, чтоб мы доставали для них каштаны из огня.
Лесняк подумал: «Если так быстро раскусил английских политиков Алексей, то наверху и подавно разберутся, что к чему…»
Левко Палагута и Аркадий Фастовец организовали экскурсию литфаковцев на металлургический завод. Многие из студентов, в том числе и Михайло, впервые увидели домну, впервые присутствовали при выпуске плавки. Это величественное и даже грозное зрелище приятно поразило, до глубины души взволновало всех экскурсантов. Завод был старый, дореволюционный, но его недавно модернизировали. Гигантские доменные и мартеновские печи, огромные литейные цеха давали студентам представление об индустриальном могуществе страны.
— Вот это машинерия! — восторженно восклицал Бессараб. — Дома я работал на току возле двигателя молотилки. Котел нагревали, сжигая под ним солому. Я воду носил, и то чувствовал себя чуть ли не механиком. А здесь — домна, этот фантастический рев огня и металла, грохот кранов и железнодорожных платформ!
— Рядом с домной я вдруг почувствовал себя удивительно ничтожным, — говорил Радич. — Не мог отвести глаз от доменщиков и сталеваров — этих богатырей в шлемах. Вот они — современные Ильи Муромцы и Василии Буслаевы…
Побывали литфаковцы и в прокатном цеху, и на трубном заводе. На трубном инженер-экскурсовод, переводя студентов из одного цеха в другой, миновал новый большой корпус. Лесняк поинтересовался, почему они в него не зашли.
— Там пока ничего интересного нет, — ответил инженер.
А Сваволя шепнул на ухо Михайлу:
— Ты что, сам не мог догадаться? Там же оборонную продукцию делают…
Вечером, уже в постели, Зиновий после долгого молчания сказал:
— Раньше, бывало, выйду на проспект и удивляюсь: сколько по нему снует празднично одетых людей! И всех их должен накормить крестьянин. Только сейчас воочию убедился, что городские свой хлеб не даром едят.
Хлопцы видели, как за городом, недалеко от их общежития, строится аэродром, а километрах в двух от него, в степи, высились огромные корпуса авиазавода. Еще не завершилось строительство, а завод уже приступил к выпуску своей продукции: на Первомайской демонстрации впереди заводской колонны рабочих авиазавода мягко катился новенький серебристый самолет…
«Неужели кто-либо осмелится напасть на такую страну? — размышлял Лесняк. И успокаивал себя: — Нет, не найдется в мире такого глупца!»
XI
Уже вторую неделю Михайло, приехавший в родное село на каникулы, работал в степи: грузил на подводы мешки с зерном. Бригадир первой бригады Федор Яцун назначил его сперва весовщиком на току, но Михайло отказался и был послан на машину грузчиком. Мешки с зерном — не игрушки. В первый же день он так наработался — едва ноги домой доволок. Ужинать не мог — не до еды было: как упал на постель, стоявшую за хатой под вишней, так и заснул. А тут будто сразу Олеся разбудила, смеется:
— Ну, ты, парень, научился в городе спать! Уже хотела за ухватом бежать. Вставай — вот-вот солнце взойдет.