— Напротив, все объясняется довольно просто. — Кейт внезапно забыла, как с ним следует разговаривать. В его присутствии мысли путались и приобретали несуразную окраску, когда она начинала их высказывать. — Леди Харрингдон до сих пор занималась, главным образом, сватовством своих дочерей. Теперь, когда все они замужем, она, как мне кажется, ищет, чем бы еще заняться. Возможно, хочет повторить свой успех с кем-то еще из молодых родственниц.
— Кейт. — Он исключительно редко называл ее по имени, и она пожалела, что услышала это теперь. Односложное слово сквозило жалостью. — Неужели вы и вправду верите, что графиня намерена найти вам жениха? Она хоть что-нибудь сказала в поддержку этого предположения?
— Я не жду от нее этого. — К буре смешанных эмоций теперь еще присоединилась уязвленная гордость, усилив ее враждебную настроенность. — Если у нее до сих пор не родилась идея, как помочь мне войти в общество, я должна подтолкнуть ее к этому.
— Подобные вещи непросто делаются, — заметил он, как взрослый дядя, терпеливо наставляющий непоседливую маленькую девочку.
— Я никогда на это и не рассчитывала. Как вам известно, я не ищу легких путей. И надеюсь, вы простите меня, если я выражу сомнение в вашей осведомленности относительно устоев высшего общества.
Она отлично знала, что он предпочитал проводить свои вечера в учебе, а не на балах или за картами, как другие молодые люди.
Ник побледнел, и слишком поздно для себя она услышала слова, которые произнесла, вернее, то оскорбление, которое он, вероятно, в них уловил. На мгновение его глаза расширились и впились в нее, словно пытались понять, не подвел ли его слух, как будто он не мог поверить, что их сказала та самая мисс Уэстбрук, которую он знал, а не другая женщина, принявшая ее облик. Потом он перевел взгляд куда-то над ее плечом.
— Вы совершенно правы. — Его голос стал твердым и отчужденным. А спина выпрямилась и напряглась, как у солдата. — Не мне судить о таких вещах. Мне вообще не стоило поднимать эту тему. — Он слегка поклонился, все еще избегая смотреть ей в глаза. — Теперь прошу меня извинить. Благодарю за чай. Желаю вам успеха с вашей тетушкой, чтобы моя тревога по этому поводу выглядела абсолютно беспочвенной.
Кейт едва не протянула руку, чтобы остановить его. Она всего лишь намекала на его склонность к уединению, чем он очень гордился; она не могла всерьез обидеть его шуткой на эту тему. Она бы никогда намеренно не коснулась скандала, изменившего его положение в обществе. За все то время, что знала об этом, Кейт ни разу не подала виду, что в курсе событий.
Но любое объяснение теперь невольно всколыхнет всю ту же цепь событий. К тому же спор излишне разгорячил Кейт, чтобы она могла найти способ тактично выйти из неприятной ситуации. Оставалось лишь смотреть, как он уходит на другой конец комнаты.
Ник больше не общался с ней до конца своего визита. Поговорил немного с Виолой за ее рабочим столом, посмотрел кое-какие из многочисленных рисунков Себастьяна, посмеялся с мамой и папой у камина. Уходя, поклонился сразу всем Уэстбрукам, скользнув по ней равнодушным взглядом, как камешек по водной глади.
— Что ты сегодня такое сказала мистеру Блэкширу? — спросила ее потом Ви, когда они готовились ко сну. — Даже я видела, как ты его раздосадовала.
Ее прямой бесхитростный взгляд в зеркале заставил Кейт опустить глаза.
— Я точно не помню, о чем мы говорили. — Кейт сосредоточенно заплетала сестре косу, всецело поглощенная своим занятием, или делала вид, что поглощена. — Ответила что-то на его самонадеянное замечание. Он усомнился в моей способности поддерживать связи, какие я намерена наладить. — Виола не знала о записке леди Харрингдон, и Кейт решила об этом умолчать. — Возможно, я была несколько неосмотрительна в своем ответе.
Но даже то, как она хотела все представить, теперь казалось ей мелочной выходкой школьницы мисс Лоуэлл.
Ви покачала головой — она никак не могла запомнить, что этого нельзя делать, когда тебе заплетают косы, — и поморщилась от боли.
— Ты меня удивляешь. Я столько раз слышала от тебя нотации по поводу того, как следует обращаться с гостями, и была уверена, что ты последняя из нас позволишь себе разговаривать с мистером Блэкширом с таким беспечным пренебрежением, как будто он нам брат.