Снова все, развесив уши, слушали этого пижона, хотя находка была его, Игоря!
Имелась еще одна причина, по которой Долотов глядел на инструктора с ненавистью. Причина эта носила нежное имя Зина и сидела рядом с Игорем. Они все время держались вместе: где он, там и она; где она, там и он.
Но сегодня вечером Зина Добрынина была на себя непохожа. Молчала, нервно ежилась, иногда вздрагивала. Долотову казалось, будто между ними возникла прозрачная непроницаемая стенка. Он почувствовал эту преграду сразу же, как только спустился к палатке с утеса.
— Большая гора вон там (Зина показала в сторону и вверх) называется у беркенов "Гора Мертвецов". Слышите, как она гудит? Всё время гудит, весь вечер.
Все замолчали, прислушались.
— Ага, — неуверенно сказал Донченко. — Вроде как порыкивает.
Но никто его не поддержал, а Зайцев кинул на девушку какой-то особенный взгляд, смысл которого Игорь не понял и от этого еще больше разозлился.
Зина продолжила, ни к кому не обращаясь:
— Я читала, что беркены считают себя бессмертными. Они верят, что человек ныряет в смерть, как в воду. Выныривает в другом времени, и там он снова живой. Еще я читала, что мертвецов они не зарывают, а укладывают в пещеры. Но это неправда…
— Откуда ты знаешь, что неправда? — спросил Долотов.
Где Зина прочитала про верования беркенов, он не спросил — она вечно сидела, уткнувшись в какую-нибудь книжку.
— Алё, на камбузе! — гаркнул Зайцев дежурному. — Колька, уже десять! Жрать охота!
— Без двух минут, — ответил Шмит, быстро работая ножом.
Наклонившись к соседке, Долотов спросил:
— Куда ты с ним ходила, пока я устанавливал вымпел?
— Никуда.
— Не ври! Людка сказала, что вы с Зайцевым спустились из леса, с Горы Мертвецов.
— Я просто хотела посмотреть на засечки, — быстро ответила Зина, но поглядела не на Игоря — на Зайцева. Тот тоже на нее смотрел. — Там стволы деревьев почти все в узорах… Я хотела сфотографировать, но затвор от холода заело. А Максим меня сам догнал. Нельзя, говорит, в лес одной ходить. Инструкция.
— Тоже мне инструктор, — оскалился Долотов, страдая. — И чего там, на горе?
— Там…
Зайцев — у него был превосходный слух — поднес палец ко рту, будто губу почесал или пригладил ус. Зина осеклась.
Это окончательно добило Игоря.
— Целовалась с ним? — прошипел он девушке в самое ухо.
Она вспыхнула.
— Дурак! Ничего тебе больше не скажу!
Дежурный по лагерю, гордый своей пунктуальностью, объявил:
— Ровно двадцать два ноль ноль. Сеньоры и сеньориты, кушать подано!
Вдруг земля содрогнулась.
Мощный удар обрушился на палатку со стороны, обращенной к горе.
Полог прогнулся почти до самой земли.
Свет погас. Наступила кромешная тьма.
Никто даже не вскрикнул — так это было неожиданно и страшно.
Наступила абсолютная тишина. Казалось, стихла даже вьюга, только что трепавшая края брезента и завывавшая в ночи голодной волчицей.
ВНИМАНИЕ!
Теперь вам предстоит выбрать, в каком направлении двинется наша реконструкция дальше.
Всё будет зависеть от следующей фразы.
Опрос #1849668 Выбираем алгоритм
Участников: 5543
И не торопимся!
«Ша, зелень! — крикнул Зайцев. — Слушай сюда!» 986 (17.9 %)
В темноте раздался дрожащий Зинин голос: «Я… умерла?» 1503 (27.3 %)
«Спокойно, товарищи!», — бодрясь сказал Долотов. 3016 (54.8 %)
/Продолжение следует/
Срок голосования — ровно сутки. Иначе у меня не хватит времени подготовиться к следующему этапу.
А теперь — про Макса Линдера.
Спасибо всем, кто порадовал оригинальными версиями. Приз достается telegamochka за следующую дедукцию:
«Элен работала на разведку. На советскую разведку. И после того, как Макс узнал об этом, его жена стала для него чудовищем. И потому, что работала на "красного молоха", и потому, что редкий муж придет в восторг, узнав в жене коллегу Маты Хари — со всем присущим женской стороне этой профессии арсеналом. Элен боялась разоблачения — и гибели. Макс же презирал ее и питал к ней искреннее отвращение. Писал ли он сам другу о планируемом совместном самоубийстве — или это была сделанная Элен подделка, но все кончилось смертью Макса и "девушки, похожей на Элен". Настоящая же Элен уехала в Советскую Россию, где прожила до 60-х годов прошлого века.