– Да, как будто все так легко, – с шутливым раздражением отозвался Лоренс.
– Ты прав, – сказала Анна, смеясь.
Через несколько секунд, когда она уже уверилась, что Лоренс уловил суть, он вдруг резко рванул ее за руку.
– Ой, ой, ой-ё-ёй!
Лоренс внезапно шатнулся, попытался бежать на месте, споткнулся и упал, увлекая за собой Анну.
Она приземлилась на пятую точку, а Лоренс растянулся на спине, напугав компанию пожилых японских туристов, которые, оправившись от ужаса, немедленно защелкали фотоаппаратами. Анна подползла к нему.
– О боже… ты в порядке? Лоренс, ты не ударился головой?
Он лежа взглянул на нее.
– Я умер и попал в рай?
По-прежнему на адреналине, Анна рассмеялась. Это была настоящая истерика, до спазмов в животе. Она могла бы сама догадаться, что невозмутимость Лоренса способна пережить и не такое испытание.
– Судя по тому, что я о тебе знаю, в рай ты точно не попадешь, – с трудом выговорила она.
– Уверена? А по-моему, я вижу ангела.
– Ты хоть когда-нибудь перестанешь болтать чушь?
Лоренс с трудом поднялся на ноги и поморщился.
– Первый урок катания для новичков закончен, – сказала Анна, держа его за руку. К счастью, никто случайно не проехал Лоренсу по пальцам, пока тот лежал, раскинув руки.
– Слава богу.
– Зачем ты позвал меня на каток, если сам не умеешь кататься?
– Подумал, что свидание точно запомнится, – ответил он. – Но, честное слово, привязывать к ногам ножи и становиться на лед – просто безумие.
И они заковыляли в раздевалку.
Вечером каток казался идеальным местом для свидания. Огромная сверкающая рождественская елка, голубовато-зеленый блеск льда, красиво подсвеченное огромное здание… Анна чувствовала себя героиней романтической комедии, вплоть до нелепого падения Лоренса. Они сидели на скамейке, глядя на катавшихся, и наслаждались восхитительным сочетанием морозного воздуха и горячего сидра. Если Анна намеревалась влюбиться, обстановка к тому располагала.
Как жаль, что она находилась в обществе человека, испытывавшего на ней свой репертуар проверенных шуточек, пересыпанных небрежными намеками на профессиональные достижения и любовные победы. Анне надоели однообразный разговор и ощущение, что она слушатель, а не собеседник.
– Лоренс, – негромко сказала она, – не изображай мужчину, которого, по-твоему, я хочу встретить. Я гораздо охотнее проведу время с тобой как таковым. Забудь на некоторое время, что я женщина.
– Это не так легко, – ответил Лоренс, подмигнув. – Ну вот, опять, да? – Оба рассмеялись. – Да, ты права, я действительно немного переигрываю, когда волнуюсь.
– Волнуешься, – иронически заметила Анна, приподняв бровь.
Настала тишина.
– Насчет того, что рай мне не светит, это тебе разведка донесла, в смысле Джеймс Фрейзер? – поинтересовался Лоренс.
– Плюс мои собственные наблюдения.
– С Джеймсом бывает непросто общаться.
– Перестань. Я больше не хочу разбирать ваши ссоры, – сказала Анна, поморщившись.
– Нет, я злюсь не потому, что он сделал что-то конкретное. Просто он вообще такой. Девушки к нему так и липнут. Начиная со школы.
Анна неловко заерзала и допила сидр.
– Стоять рядом с Суперменом очень вредно для самолюбия. Ты становишься невидимкой. Ну или вторым шансом для тех, кому не обломилось. А что, если я изображаю лучшего друга в качестве очень большой компенсации? Понимаешь? Типа – ладно, этого я достичь не могу, так достигну хоть чего-нибудь.
– Да, – ответила Анна. – Понимаю.
– Повторим? – предложил Лоренс, глядя на ее стакан, и она кивнула.
Он отошел, и тут у нее зажужжал телефон.
Ну, как прошло?
Мы еще здесь. Вообще весело. Лоренс, кажется, лучше, чем ты думаешь.
Вот это да! Неужели ты купилась? «Я не такой, каким кажусь». Ах-ах. Анна, это же обыкновенное мошенничество. А я-то считал тебя умной. Ты согласишься на второе свидание?
Если бы Анна не знала твердо, что это невозможно, она бы решила, что Джеймс немножко ревнует.
Может быть.
Ладно. Мы с тобой выпьем, и я вправлю тебе мозги. Не важно, хочешь ты или нет. Я намерен вмешаться, исключительно ради твоей пользы. Нам нужно поговорить о Лоренсе.
Лоренс принес сидр и поставил стаканы на скамейку.
– Ты многих женщин окрутил своими байками, да? – спросила Анна, сделав глоток.