И Джеймс подружился с ним. «Скажи мне, кто твой друг». Он рассчитывал, что Лоренс наилучшим образом оттенит его прагматический цинизм и уничтожающее чувство юмора. Но теперь Джеймс понял, что Лоренс на самом деле пробуждал в нем худшие чувства. Предубеждение, презрение, насмешки, легкомыслие.
Джеймс всю жизнь полагал, что он лучше других. И что получил в итоге? Жену-изменницу, друга, который его не любил, и кота, который боялся выйти за дверь.
Возможно, было уже поздно что-то исправлять, но почему бы не попытаться?
– Хочешь, чтобы я позвонил Анне и устроил скандал? Или мы договоримся, как приличные люди, и я отвезу Эгги домой?
Лоренс криво, по-волчьи усмехнулся.
– Я никуда не поеду. Давай, попытайся ее убедить. Желаю удачи.
Джеймс задумался, что делать. Он догадался, что требуется изрядная тонкость. Он мог позвонить Анне и посидеть в баре, пока она не приедет. Но у Эгги непредсказуемо менялось настроение, и она могла вспылить, если бы он сначала принялся играть роль няньки, а затем внезапно явилась бы перепуганная старшая сестра и велела ей ехать домой. Лучше было испробовать мягкий и осторожный подход.
Эгги вернулась и плюхнулась на кушетку.
– Черт, я весь день не ела. Тут в баре подают какую-нибудь жратву?
– Отличная мысль. Хочешь, давай перекусим, – предложил Джеймс.
– Или еще выпьем, – ввернул Лоренс.
– О…
Эгги посмотрела на остатки коктейля в бокале, потом перевела взгляд с Джеймса на Лоренса и обратно.
– Да. Я хочу попробовать «Розовый лепесток».
– Превосходно, – сказал Лоренс и щелкнул пальцами, подзывая бармена.
Джеймс повернулся к Эгги. Он предположил, что она искренне не подозревала, с кем связалась.
– Лоренс снял номер в отеле. Когда ты напьешься до беспамятства, он поможет тебе подняться в комнату, предложит угоститься из мини-бара, потом разденет. Если ты хочешь именно этого – пожалуйста. Но просто чтобы ты знала…
– Ты ей кто, отец? – поинтересовался Лоренс.
– Серьезно? – спросила Эгги, глядя на него. – Ты снял номер?
Лоренс не моргнул и глазом.
– Нет, – ответил он после секундного замешательства. – А что, надо?
Эгги хихикнула. Джеймс почувствовал, что весы клонятся не в его сторону.
Появился бармен, и Лоренс заказал два коктейля. Для себя и для Эгги. И тут Джеймса осенило.
– Пожалуйста, припишите Лоренсу О’Грэди к счету за номер, – сказал он.
– Хорошо, сэр.
– А я что говорил! – воскликнул Джеймс.
– Откуда ему знать, снял я номер или нет. А уточнять он не станет.
– Давай переспросим, когда он принесет напитки? – предложил Джеймс. – По-моему, Лоренс – старый брехун.
– Отвали, слышишь? – огрызнулся тот. – Ты тут вообще лишний.
– Нет, не лишний! – воскликнула Эгги. – Почему он лишний?
Лоренс нахмурился. Он позволил прорваться раздражению, и Эгги смотрела на него со страхом. Джеймс надеялся, что эта вспышка развеет алкогольный туман.
– Ну и что, даже если я снял номер? – спросил Лоренс.
– То есть это правда? – уточнила Эгги, оправляя платье на бедрах. В ней заметно падала уверенность.
– Нет, просто говорю: ну и что, если так? Все мы взрослые люди.
– Ты думал, что я с тобой пересплю? С первого раза? – спросила Эгги.
– Нет! – ответил Лоренс и погремел льдом в бокале. – Не слушай Джеймса. Он разыгрывает доброго самаритянина, чтобы залезть под юбку твоей сестре.
Эгги нахмурилась.
– Анна не желает его видеть.
– Надо же, какая досада. Но, может быть, благородный поступок ее переубедит?
Лоренс неверно рассчитал удар. Эгги отнюдь не разозлилась при мысли о том, что Джеймс способен что-нибудь сделать исключительно для того, чтобы порадовать Анну. Судя по выражению лица, она пыталась понять, отчего Анна будет радоваться, если Джеймс разлучит ее с Лоренсом.
– Хм. Нам так и не принесли обратно те деньги, которые я попросил приписать к твоему несуществующему счету за номер, – сказал Джеймс.
Лоренс помрачнел, а Эгги явно растерялась.
Джеймс встал. Нужно было воспользоваться моментом триумфа.
– Эгги, поехали? Обещаю, что обойдется без похмелья, если ты уйдешь прямо сейчас.
– Хорошо, – после секундного колебания ответила Эгги. – Извини.
– Как хочешь, принцесса, мне без разницы, – с неподдельной яростью произнес Лоренс.
Она испугалась.
– Прикуси язык, понял? – сказал Джеймс.
– Не звони мне больше.
– О, твоя фирменная фраза. Только обычно ты говоришь ее женщинам, – заметил Джеймс, допивая коктейль. – Честное слово, не позвоню.