— Ульрих, не надо, — говорил Георг. — Здесь все-таки Русь. Мы должны быть благоразумны.
— Совсем одурел ты с этой Радмилой, — отряхиваясь от снега, возмущался Юрий — Не желает она пока замуж выходить! От ворот поворот мне! И княжичу тоже отказала! Задается сильно девка красотой своей!
Ульрих силился понять смысл русских выражений. Через минуту он улыбнулся.
— Чего лыбишься, белобрысый? — в запале кричал Юрий, счищая грязь с колен. — Тебя, я вижу, тоже развернули! А я своего добьюсь! Уговорю все-таки девку за меня выйти! Хоть год буду сватов посылать, а уговорю!
Рыцари оседлали своих коней и тронулись со двора. Завтра нужно было срочно возвращаться в Орден
Похищение
По возвращению из Пскова Ульрих не находил себе места. Жуткие картины стояли у него перед глазами. Вот она, кокетливо улыбается и подставляет свой очаровательный пухлый ротик, который так восхищал рыцаря своей свежестью и красотой, молодому черноглазому боярину, вот он снимает с нее одежду и… Нет! Это уже не боярин, а сам княжич, роскошно одетый в дорогой русский кафтан, отделанный соболиным мехом. И шапка у него тоже отличная. Из драгоценных сибирских соболей. Только сам-то он жидковат, одного удара в наглое лицо хватило бы, чтобы сбить с него спесь. Эх, если бы русские устраивали турниры! Ульрих обязательно вызвал бы этого наглеца на поединок. Интересно, как бы понравился он своей даме, когда от удара его копья вылетел бы из седла! Рыцарь представил, как ненавистный соперник, мощным ударом выбитый из седла, несколько раз переворачивается на земле, каждый раз загребая ладонями полные пригоршни песка. И удовлетворенно засмеялся.
— Ты чего? — с удивлением посмотрел на друга Бруно. Настроение Ульриха вызывало в последнее время у них беспокойство. То молчит как сыч, ходит с угрюмым лицом, на обращения отвечает сухо и резко, то вот хохочет без всякой причины.
Это все красивая русская ведьма свела его с ума!
Георг и Бруно затащили его на пирушку, которая проводилась в тайне от комтура у одного знакомого купца. Были приглашены доступные женщины. Ульрих вроде бы согласился, даже повеселел. После того, как он уединился с одной довольно симпатичной эстонкой, весь вечер просидевшей у него на коленях, на него было страшно смотреть. Побыл пару минут и ушел, громко хлопнув дверью.
— Что там у вас произошло? — шепотом спросил Бруно у знакомой ему женщины.
— Бруно, ты меня знаешь, я не уродина, и не лентяйка в своем ремесле, — тут она кокетливо подмигнула крестоносцу, — но у твоего друга, наверно, проблемы по мужской части после ледяной воды этого озера, где вы дрались с русскими, как там оно называется, Чудское, что ли?
— Все, хватит, рассказывай, что с тобой? — друзья подхватили Ульриха под руки и силой усадили на кресло. Сами уселись рядом.
— Не знаю, что и сказать, не могу я без нее. Наверно, чары наложила, ни с одной женщиной больше не получается. Как узнал о том, что этот русский боярин ее увез, сразу пошел к одной хорошенькой вдовушке, как там русские говорят, клин клином вышибают, и… — обхватив голову руками, он замолчал.
— Ну? — осторожным шепотом спросил Бруно.
— А ничего, ровным счетом ничего. Вроде все нормально шло, ну как положено: и целовались, и всякие там нежные объятия, все, как учил старый Хариш. А как до основного дошло, у меня ничего не вышло. Я теперь эту вдову обхожу, как увижу, за версту. Ну, думаю, дела. Но не испугался. Думал, случайность. Но эта случайность теперь каждый раз….. А как увидел ее в Пскове, теперь и по ночам плохо сплю, а главное, как представлю ее, такое бешеное желание! Не знаю, что и делать теперь. Явно заколдовала!
— А зачем это ей, если за ней княжеский сын волочится? Он-то побогаче тебя будет, да и так женихов у нее очень много. И редкая красавица, и брат богатый, — резонно заметил Георг.
― Все, спасибо, успокоили! — рассвирепел после этого справедливого замечания Ульрих.
— Да ты не кипятись! — примирительно сказал Бруно, — вот что я тебе скажу. Запомнились мне слова одного сарацина, да будут всегда гурии вокруг него. — «Когда я спросил отца — почему у меня нет ничего? Отец ответил: сын, я дал тебе меч, иди и возьми себе сам, что тебе нужно»! Тебе нужна эта девушка, так пойди и возьми ее.
— Жениться на ней, после того как она меня бросила? — вспыхнул Ульрих.
— Не хочешь жениться, не надо, сделай ее своей наложницей, пока страсть не пройдет, только пожалей нас, тех, кто тебя любит. Потом еще и смеяться будешь над собой. — Бруно протянул руку. Ульрих положил свою руку на его протянутую ладонь и посмотрел в его верные карие глаза.