В этот момент Замята сделал прыжок с намерением нанести решающий удар. Но Добровит не потерял самообладания и, наклонившись вперед, к огромному удивлению всех находящихся на поляне мужчин, ударил головой прямо в лицо летящего на него противника. Удар получился такой сокрушительной силы, что Замята повалился в сторону, хрипя и харкая кровью. На него было страшно смотреть. Вместо носа была одна окровавленная рваная рана с торчащими костями. Через несколько минут он затих. Посадник и помощник подбежали к поверженному боярину. Они увидели, как из ослабевшей руки Замяты выпала свинчатка.
— Видно, из кармана достал, когда в траве барахтался, — с презрением подумал Добровит, глядя, как тащат мертвое тело дяди по траве. За ним тянулся длинный окровавленный след. Все присутствующие на поединке молчали. Божий суд свершился.
Русь, Псковское княжество, 1242 год
— Милый Добруша! Так это ты! — Радмила с залитым слезами лицом бросилась на шею парню. — Братик мой родной! Я вспомнила! Значит, я не одна на свете! Где же ты был так долго!
У Добровита от нахлынувших чувств по лицу пробежала гримаса, как будто он тоже старался сдержать неподобающие мужчине слезы.
— Ну, сестра, рассказывай, как живешь! — поспешно перевел он тему. ― Про себя я тебе потом расскажу, когда одни останемся. Это наш семейный разговор.
— Я живу хорошо, вот только матушка умерла, — и осеклась, вспомнив, что старая Баяна ей не мать.
— Ну, давай приглашай моих дружинников в избу. Есть у тебя чего нибудь перекусить горячего? Целый день всухую! — все обрадовано зашумели.
— Есть братик, целый котелок щей с мясом — она с благодарностью вспомнила, что Ульрих запас ей мяса на целый месяц. Коптил, наверно, целую неделю.
Старался, родной, чтобы ни в чем не нуждалась. Когда же он приедет?
Пообедав, все вышли из избы, и Добровит сказал:
— Ну, сестра собирайся! Домой поедем!
— Добруша, а как же моя изба, и козы с птицей? — растерянно спросила Радмила. ― И матушкины травы, и вся рухлядь, что в избе? Давай я подожду, а ты пришли через день, другой телегу за мной! — она лукавила, хотела дождаться своего любимого.
— Вон село рядом, пожженное крестоносцами, отдай погорельцам. А за травами я пришлю кого-нибудь. Здесь я тебя не отставлю! — он сказал так решительно, что девушка поняла, что вопрос с отъездом уже решен окончательно.
— Хорошо, давай съездим за Марьяной, она без ничего осталась, пусть берет избу и живет в ней. — Радмила побежала за Голубой. Марьяна, ютившаяся с ребенком в сарае, была на седьмом небе от щедрого предложения.
— Дай бог тебе счастья, Радмилушка! Теперь не пропадем зимой! Пусть тебе богатый жених по судьбе получится! — радостно благодарила она. — Вон молодой боярин Путятин по тебе сохнет, а как узнает, что ты боярского роду, сватов зашлет! А Ульянка помрет от зависти! Так ей, задаваке, и нужно!
— Ну, что ты, Марьяна! Пусть берет себе этого красивого кобеля, я не дура, чтобы потом полюбовниц от дома палками отгонять! — со смехом проговорила счастливая красавица.
— Да кто тебе ровня, ты вон какая красуня! Даже княжич может влюбиться, вот это жених настоящий! Правильно сделала, что ты этого белобрысого прогнала! — Марьяна, узнав, что Радмила боярского роду, сразу перестала соперничать с ней и искренне хотела, чтобы княжич женился на ее землячке.
— Марьяна! — девушка отвела ее в сторонку. — Я тебе с добром, и ты мне помоги. Скоро приедет этот парень, скажи ему, чтобы искал меня в Пскове, на подворье боярина Шумилина. Расскажи ему, что брат у меня нашелся. Забрал в Псков, не позволил здесь оставаться.
— Что ты надумала, Радмилушка! Разве он тебе пара? — всполошилась селянка.
— Не бери в обиду, но это мое дело! Ты только скажи ему, где меня искать! — Радмила строго посмотрела на Марьяну.
— Ладно, ладно! Передам твоему белобрысому! — не глядя в глаза молодой женщине, скороговоркой проговорила Марьяна. Но по ее лицу было видно, что она не согласна с таким выбором Радмилы.
— Сестра, давай скорей! А то впотьмах поедем! — позвал Добровит. Радмила подошла к Голубе, молодой дружинник с удовольствием подсадил красавицу в седло, и кавалькада двинулась по лесной дороге. Молодая женщина бросила прощальный взгляд на маленькую избу, где она бедно, но вполне счастливо, прожила больше двенадцати лет.
А через неделю к Марьяне опять наведались гости: к ее новому дому подъехал красивый возок, запряженный парой гнедых лошадей, рядом гарцевало несколько верховых. Это была Радмила. На ней был роскошный наряд из византийской узорчатой парчи, на голове был украшенный дорогими каменьями венец. Приехала, как она сказала брату, пригласить погостить в Пскове свою подругу Ульяну. Конечно, не эта причина заставила девушку отправиться в дорогу, ей нужно было спросить у Марьяны, не приезжал ли ее милый.