Кофилд часто уходил в парк, и Хокинс тут же приступал к кропотливым методичным поискам. Пусть он казался несколько грузным, и соучастники считали его нудным, лишенным остроумия человеком, зато умел обыскать комнату, почти не потревожив пыль.
Хокинс решил начать с очевидного — со спальни партнера. Просеял украденные бумаги, затем с отвращением отложил листочки. Ничего полезного. Если бы Кофилд нашел что-нибудь, то никогда не оставил бы на виду.
Потом перетряхнул книги. Он знал, что Кофилд любит прикидываться образованным, даже эрудитом, хотя учился не больше, чем сам Хокинс. Но в томах Шекспира и Стейнбека не было ничего, кроме слов.
Хокинс перевернул матрас, изучил ящики в бюро. Не натолкнувшись на пистолет Кофилда, решил, что тот сунул оружие в рюкзак перед встречей с Лилой, потом осторожно заглянул за зеркала, за полки и под коврик. И начал подозревать, что недооценил напарника, но тут повернулся к стенному шкафу.
Там из кармана джинсов вытащил карту, едва видневшуюся на пожелтевшей бумаге. Хокинс нисколько не сомневался в ценности находки — ясно изображены Башни, а также направления, расстояния и несколько ориентиров на местности.
Карта к сокровищам, решил Хокинс, разглаживая листок. Едкая злоба накатилась на него, пока он рассматривал линии и метки. Лицемерный Кофилд нашел схему среди украденных документов и спрятал у себя в комнате. Ладно, подумал Хокинс, в эту игру могут играть двое. Он выскользнул из спальни, засунув карту в собственный карман. То-то рассвирепеет Кофилд, когда обнаружит, что закадычный дружок выхватил изумруды у него из-под носа. Хокинс почти жалел, что не сможет лично полюбоваться этой картиной.
Он нашел Кристиана. Все оказалось настолько легче, чем предполагалось, что Макс довольно долго просто сидел и пялился на книгу в руке. Проведя менее половины дня в библиотеке, Квартермейн наткнулся на пыльное издание «Художники и их творчество 1900–1950». Терпеливо перелистал фамилии на букву «А», потом внимательно просмотрел на букву «Б» и нашел. Кристиан Брэдфорд, 1884–1976. Хотя имя и фамилия ободрили Макса, он не ожидал, что обнаружит так быстро. Но статья поставила все на свои места.
«Успех к Брэдфорду пришел только в последние годы жизни, но и ранние работы вскоре после его смерти взлетели в цене».
Макс скользил глазами по трактату о стиле художника.
«Брэдфорд, которого в свое время называли цыганом из-за привычки к постоянным переездам, часто расплачивался своими картинами за жилье и еду. Плодовитый художник, он мог создать полотно всего за несколько дней. Говорили, что он способен работать двадцать часов без перерыва, когда посещало вдохновение. До сих пор не ясно, почему он ничего не создал с 1914 по 1916 год».
«О Господи», — прошептал Макс и провел влажными ладонями по брюкам.
«В 1925 году женился на Маргарет Дуган, имел одного ребенка, сына. О личной жизни известно крайне мало, до самой смерти он оставался чрезвычайно замкнутым человеком. После шестидесяти перенес изнурительный сердечный приступ, но продолжал рисовать. Умер в Бар-Харборе, штат Мэн, где больше полувека владел домом. Доживал свои дни с сыном и внуком».
— Я нашел его, — пробормотал Макс.
Перевернув страницу, изучил репродукцию одной из работ Брэдфорда. Там был изображен шторм — бушующая морская стихия. Страстный, сильный, взбешенный. Пейзаж оказался знаком Максу — вид с утесов под Башнями.
Некоторое время спустя с полудюжиной книг в руках Макс вернулся домой. Оставался еще час до окончания рабочего дня Лилы, час до того, как сможет рассказать ей, что они взяли следующий барьер. Испытывая головокружение от успеха, профессор настолько бурно приветствовал Фреда, что собака начала носиться взад-вперед по холлу, натыкаясь на стены и неистово размахивая хвостом.
— Боже! — Коко спускалась по лестнице. — Что за суматоха.
— Извините.
— Не стоит извиняться, не представляю, что стала бы делать, если бы день обошелся без шума. Макс, вы выглядите очень довольным собой.
— Ну, так случилось, что я…
Он прервался, когда Алекс и Дженни скатились вниз, стреляя из невидимых лазерных пистолетов.
— Покойник! — завопил Алекс. — Покойник!
— Если жаждете убить кого-то, — предложила Коко, — пожалуйста, займитесь этим на улице. К тому же Фреда надо выгулять.
— Смерть захватчикам, — объявил Алекс. — Мы зажарим их, как бекон.
Полностью солидарная с братом, Дженни нацелила лазер на Фреда, из-за чего тот снова стал носиться по холлу. Решив, что щенок — достойный противник, требующий немедленного уничтожения, оба погнались за песиком. Даже на расстоянии звук хлопнувшей двери черного хода раскатистым эхом пронесся по дому.