На мгновение перед глазами отразилась леденящую душу отвратительная картина:
– Сползай со стола и на коленях ползи к своему хозяину. Раком на кресло, – в ушах отчётливо раздался звериный рык ублюдка. – Малышка, ты же не хочешь, чтобы я с тобой был жестоким? Машенька, только попроси, и секс для тебя, станет самым приятным и незабываемым. Только скажи. Попроси. Я могу быть нежным и трепетным любовником.
– Делай, что собирался, и отвали уже от меня. Ты вовсе не любовник, а насильник.
Вздрогнула и, нервно задышав затравленным взглядом, посмотрела на следователя.
– Так что вы мне ответите, Мария Михайловна? Вы любовница Лютова?
Глава 2. Мария
Хлёсткая реплика следователя вероломно ударила в самое сердце. Угнетённо вздохнула.
– Юрий Сергеевич, – собравшись, с откровенным пренебрежением в голосе, обратилась к мужчине, – вы, действительно считаете, что я, будучи любовницей Лютова, стала бы распространять про него весьма и весьма компрометирующую информацию. Ради чего? Ради мести? Или как?
Брагин озадаченно поморщился и, слегка расправив плечи, прижался к спинке стула и, приняв непринуждённую позу, лукаво усмехнулся.
– А что такого? Не вижу в этом ничего странного. Вы были его любовницей, потом он вас бросил, и вы решили ему отомстить. Вполне обыденная история. Брошенная женщина – опасный враг.
В очередной раз совершила умопомрачительную глупость. Чисто по-женски Брагин мне был симпатичен…Чёрт! Мент он и в Африке мент. Не подбирает слова и в выражениях не сдерживается. Самый настоящий сказочный провокатор.
Гневно покривила губами и уже собралась послать его ко всем чертям собачьим, как неожиданно, возможно, впервые в жизни мой болтливый язык опередил здравый смысл.
А что, если это провокация? Брагин – профессионал. Вполне возможно, что он выводит меня на эмоции и должна признаться, что впервые секунды ему это неплохо удавалось.
– Вам бы сказки сочинять, Юрий Сергеевич, – иронично провозгласила, ни на секунду, не отрывая взгляда от мужчины. – Вы же следователь. Должны строить свои предположения на основании фактов, а вовсе на фантазиях. Это бред! Простите, – театрально приложила ладонь к груди. – Бред сумасшедшего. Как вам подобный бред в голову пришёл?
Брагин стремительно стёр с лица самодовольную, хитрую улыбочку и приняв более благожелательное выражение лица, встал со своего рабочего стула и плавным шагом приблизился ко мне.
– Мария Михайловна, простите, я вовсе не хотел вас обидеть.
Мужчина встал рядом со мной, при этом сохраняя определённую, интимную дистанцию.
– Человека невозможно обидеть. Он может только обидеться. Я никогда не обижаюсь, но всегда делаю выводы.
Юрий Сергеевич нежно улыбнулся.
– И я тоже делаю выводы, только основываясь на фактах. Вы же понимаете, что данный вопрос задал не из праздного любопытства.
Вопросительно пробежалась озадаченным взглядом по мужчине, который слегка нахмурился. Казалось, что он испытывает определённый дискомфорт. Смущение. А такое, вообще, возможно? Он же следователь. Наверняка не в первый раз задаёт вопросы, касающиеся личной жизни. И не в таком грязном белье по долгу службы приходится копаться.
– Не поняла? – Нервно свела руки на груди. – А вы собственно, почему задали мне такой странный вопрос? Кто вас направил по ложному пути? А главное, зачем?
– Есть такое понятие, как «следственная тайна», – мгновенно произнёс он, ни на секунду, не разрывая зрительного контакта со мной.