Данил, действительно, спал, сложив руки замком на коленях. На столике стояла открытая бутылка шампанского в ведре со льдом, бокал и проигрыватель, из которого тихо лилась музыка. Марина села на свободный шезлонг и выключила музыку: это лишнее в таком прекрасном месте. Здесь нужно слушать шум волн и крики птиц. Но стоило ей нажать на кнопку, как вздрогнув, Данил открыл глаза и с удивлением посмотрел на жену. Тот явно не понимал, где находится.
Марина коснулась его руки:
– Прости, не хотела тебя будить, ты так сладко спал.
Данил сел и протер лицо.
– Ты решил себя убить? Виски и шампанское? – сказала Марина и вытащила бутылку. – Надо же, ты раньше возил такое! Скучаешь по былым временам?
– Раньше это было неплохое игристое. А теперь редкостное дерьмо, – пробормотал ее муж и закурил. – вот решил попробовать, может та партия была поддельной.
– И как?
Данил пожал плечами и погрузился в себя. Он смотрел на море, но при этом был далеко от Марины. Что толку, что она нашла мужа. Телом он был здесь, рядом с ней, а душа или как это еще назвать, все еще где-то блуждала.
– Я хотела поговорить с тобой, ждала, когда ты придешь
Данил стряхнул пепел в песок, но даже не посмотрел в сторону жены.
– Я очень устала от себя, правда. Устала подозревать, строить догадки. Честное слово, я уже хочу писать детективы, где жена нанимает сыщика, который следит за ее мужем.
Наверно, стоило дождаться, когда Данил проснется окончательно и только потом вываливать это все на него, но Марина уже не могла остановиться:
– Ты не в курсе, но я ходила к психологу.
Каких же усилий стоило Данилу подавить усмешку. Он был в курсе всего, что делает его жена. Причем ему не нужно было нанимать человека и специально следить за своей женщиной. Все, абсолютно все знали, кто такой Данил и знали его жену, поэтому информация стекалась к нему будто сама собой.
– Он мне сказал, почему я мучаю тебя подозрениями в измене. Видишь ли, наши с тобой отношения начались не самым здоровым образом. Ты ведь встречался с другой, а я… – как же тяжело было это признавать и особенно, произносить это вслух, да еще и своему мужу, – увела тебя.
Данил повернулся и посмотрел на нее добрыми глазами. Каким обычно смотрит отец на дочь, что разбила любимую мамину чашку и вот-вот готова заплакать.
– Ты не уводила меня. Если бы у меня все было серьезно, я бы не посмотрел в твою сторону.
– Я это понимаю! Но сам факт! Как это выглядело со стороны!
– Да плевать, как это выглядело!
– Мне нет! Теперь я боюсь, что ты точно также охладеешь ко мне и уйдешь к другой! Ведь ты, по сути, уже делал это!
Мужчина потушил сигарету и раскрыл объятия. Марина послушно пересела с шезлонга к нему на колени и прижалась к его груди.
– Глупая женщина, поменьше слушай психологов, – сказал муж своей жене, хотя понимал, что она далеко не глупая. Неужели она просто так пошла его искать, когда он был всего в нескольких шагах от измены. Пусть совершенной им в его воображении.
Единственно, чего не понимал Данил, так это то, когда незнакомка успел уйти. Он помнил, что они разговаривали, пили шампанское и вот уже Марина сидит у него на коленях. Неужели это было всего лишь прекрасным видением? Или отголосками прошлого? Но тогда почему он все еще чувствует запах духов незнакомки? И почему она вела себя так, будто знала обо всем, что происходило в его жизни?
Марина дрожала, он чувствовал на себе ее слезы. И, если до этого думал, что однажды все расскажет, то сейчас поклялся, что будет молчать об этом всю жизнь.
– Что еще сказал тебе психолог?
– Что мне нужно просто принять это как факт. Да, мы познакомились при таких обстоятельствах, что ты встречался с другой. Но мне нужно принять этот факт. И что мне нужно думать о своем счастье. Ведь я не заставляла тебя силой. Это было и твое решение тоже. А за тебя я не решаю!
– И как? Удалось принять этот факт? – спросил Данил и погладил жену по спине. Сквозь тонкую ткань он почувствовал разгоряченную кожу.
– Сначала да, но сейчас у меня не получается держать себя в руках.
– Значит, не получилось. И ты все еще винишь себя за то, чего не совершала, – сказал Данил и мягко отнял ее от своей груди, чтобы посмотреть в глаза жены. – хочешь наорать, наори. Хочешь сказать, скажи, перестань убивать себя и меня своим молчанием.
Марина посмотрела на него, как на идиота: какой муж хотел, чтобы жена на него наорала.