— Из дому, видите ли, «герой» сбегает, по городу шляется. Ему кажется, что его жена их детей ненавидит. А почему ему такое привиделось, он не задумался. Все прозрачно и просто: устает она на работе, а тут еще дома куча дел и дети маленькие. Только наш «несчастный» вместо того, чтобы помочь благоверной, болтается по городу, обиды свои тешит, в истории влипает. Отличная причина, чтобы не заниматься семьей! Жена ему не такая! Может, его еще и пожалеть? Слюни ему упереть? Когда женился, надеялся только бонусы получать, на всем готовеньком жить? А если жена не потянет, заболеет и упустит детишек? Она ведь тоже не железная.
— Ее винить станет. Он уже заранее почву готовит. Некоторые мужчины считают, что женщины только для того и существуют, чтобы одобрять их и оберегать. Не в себе, в женах причину своих проблем ищут. А этот «герой» еще и девицу завел. Неудовлетворенного жизнью, обиженного из себя строит. Не предвидел трудностей? Избалованный? Думать не умеет? А зачем женился? — согласилась Аня. — Неуютно я чувствовала себя, читая эту книгу. (Чье произведение они обсуждают?)
— Ха! Какой же мужик без любовницы? Неизвестное — это та зона, куда ходят, чтобы познать что‑то новенькое. Это же интересно! Автор пропагандирует нечистоплотный образ жизни? Сейчас это модно. Давай, Ленка, призывай женщин к разврату. Развалим цивилизацию к чертовой матери, — нервно рассмеялась Инна.
— Отстань, — тихо, но твердо выдохнула Лена.
— Писатель, наверное, сущность мужскую высвечивал неискушенным читательницам, мол, дуры-девки, будьте осторожны! Мы — все мужики — сволочи, — предположила Жанна.
— Свою рефлексию он холил, — ответила ей Инна.
— Автор о связи своего персонажа с девицей пишет с налетом скучного тупого безразличия, лениво. Ни души, ни яркой любви в их отношениях. Примитив, безликость какая‑то. Этим он как бы оправдывает своего героя? Можно подумать, что на месте той девушки могла быть любая. А ведь она, наверное, на что‑то надеется, когда с ним… Он и ей жизнь ломает? Я бы не захотела с таким встречаться, — сердито сказала Аня. — «Герой» нашего времени! Слабак и нытик. Наверное, мы по‑разному расставляем жизненные акценты. Если ты семейный мужчина, стремись создать условия, которые устраивали бы тебя и семью. Жена‑то свою роль, хотя ей очень трудно, выполняет, а он, нет чтобы что‑то сделать для развития и сохранения себя как личности, только «развлекает» своё недовольство жизнью, вместо того чтобы бороться с обстоятельствами. Онегин сопливый! Мужчиной только называется. Может, я, конечно, чего‑то недопонимаю… Мы тоже страдаем, нас мучает депрессия, но ведь ни на кого не надеемся, никого не виним, преодолевая трудности, решаем свои проблемы. Инна, идти на уступки — это признак слабости или силы?
— У нас принято считать, что слабости. Но это не всегда верно в условиях семьи. Сильные мужчины с удовольствием позволяют себе идти на компромиссы.
— Женщины стали жестче?
— А откуда же у нас безнаказанное насилие в семьях?
— У Маканина тоже есть нудно рефлексирующие, ищущие герои, живущие как зря. Особенно в первых книгах. Ой, не перепутала ли я его с кем‑нибудь еще! Склероз, черт его возьми! Я когда читаю во время болезни, в голове у меня все сюжеты и авторы перемешиваются, я даже само произведение могу понимать как‑то иначе… извращенно, в угоду своему больному воображению, а иногда и вовсе не помню о чем оно. Не могу я теперь положиться на свою память, — сказала Аня, нисколько не смутившись. Видно уже привыкла к своему неподдающемуся исправлению возрастному недостатку.
— Искренние мои тебе соболезнования. Не стану запираться: тут я тебе не помощница, сама страдаю, — сказала Инна.
— Нам нельзя жить кое‑как. У нас дети, — вздохнула Жанна.
— Прочитала одну книгу и сделала вывод? А ты другими поинтересуйся. Например, у Маканина есть сильнейшая вещь «Асан» о мужчинах-героях, о чеченской войне, где он аналитически точен, — посоветовала Инна. — Собственно, книга не только о Чечне. В ней какая‑то невероятная неосознаваемая мощь, пока никем из современных авторов непревзойденная. Высоковольтно бьет.