Они оба замолчали.
Габриэль посмотрел на нее с тоской такой силы, о которой и не подозревал. Ее отец скоро будет здесь, и кто знает, как это отразится на них? Его время с ней, нравится ему или нет, ограничено. И когда все закончится, придется дорого заплатить за это.
Боже, он не хотел отпускать ее.
Ева наклонила голову, словно чувствовала его взволнованность. Но это невозможно. Он и сам не осознавал, насколько всепоглощающим окажется чувство при мысли потерять ее. Но, тем не менее, это неизбежно.
Мужчина пересек комнату, не говоря ни слова, поднял девушку на руки и понес в спальню.
— Габриэль?
— Ты нужна мне. Прямо сейчас. — Он ногой захлопнул дверь и добрался до кровати. Но не опустил Еву, а просто смотрел на нее, отчаянно желая, чтобы ей передались его чувства.
В ее глазах светилось исступление, но кончики пальцев, словно дуновение ветерка, пробежались по его щеке и линии подбородка.
— Да, — прошептала она, обхватив ладонями его лицо и притягивая к себе для поцелуя. — Прямо сейчас, — выдохнула напротив его губ.
Он поставил ее на ноги, и они принялись раздевать друг друга. Огонь в глазах, касание губ, ласкающие руки повсюду. Но в какой-то момент Габриэль остановился, ошеломленный потрясающей обнаженной красавицей, дрожащей от желания. Волосы разметались по плечам, ниспадая вниз и исчезая за спиной, упругое смуглое тело, великолепная грудь, аккуратный пупок. И сапфировые глаза, наполненные такой же тоской, как и у него.
И, господи-боже, прямо сейчас он желал обладать ею. Взять от нее все, что хотел. Всеми возможными способами. Он раздел ее и уложил на спину, накрывая своим телом, жадно целуя. Прижался, наслаждаясь ощущением податливого тела под собой.
— Не могу насытиться тобой, — прорычал он.
— Знаю. — Ева тяжело дышала, двигаясь под ним, ее пальцы провели по лицу, шее и зарылись в волосы.
Габриэль снова вжался в нее бедрами, а член оказался прямо у жаркого входа. Она вскрикнула от вызванного близостью ощущения.
— Я хочу быть в тебе, милая, — хрипло прошептал он, проложив дорожку поцелуев по шелковистой шее и прикусив нежную кожу плеча.
— О боже, Габриэль.
Он продолжил спускаться ниже, обхватив одну грудь ладонью и целуя вторую, языком и зубами вызывая столь любимый им утробный звук. Девушка хрипло застонала в ответ.
— Прямо сейчас, — он потерся об нее, головка члена раздвинула влажные складочки. — Там, где был только я. — Острые, чисто мужские ощущения пронзили его, когда Ева заерзала под ним в попытке прижаться сильнее, ногти царапали спину.
— Да, — шептала она, извиваясь, ее голодный взгляд вторил его.
И это чертовски бы льстило, не прячься за жаждущими глазами страх.
— Сейчас. Пожалуйста.
Он быстро отстранился и схватил из ящика тумбочки презерватив. Габриэль обещал быть ответственным, а значит, будет, черт побери. Хотя рядом с ней было совершенно невозможно здраво мыслить. Надев защиту, он вернулся и снова прижался к ней.
Ее бедра рванулись навстречу. Ноги обхватили его за талию. Габриэль, не в силах устоять, схватил основание члена и скользнул внутрь, медленно проникая в жар ее тела.
Они вдвоем издали нетерпеливые стоны, когда он начал двигаться, но этого все еще было недостаточно. Габриэль схватил Еву за руки и перевернул их, насаживая девушку на себя, чтобы хорошо видеть происходящее. Ему нужно было не только ощущать, но и смотреть.
Чувства нахлынули на него при виде девушки, которая, замерев лишь на миг от новой позы, снова приноровилась к ритму так, что у мужчины перехватило дыхание. Она сжимала руки на его животе, впиваясь ногтями при каждом толчке, принимая его в жар своего естества. Такая горячая, влажная и узкая. Габриэль прикрыл глаза. Напряжение ее стройных бедер при подъеме и вид исчезающего внутри нее блестящего от влаги члена завораживали.
А от вида упругой груди и словно моливших о внимании сосков кружилась голова. И он потянулся к ним, наслаждаясь тихими стонами, которые Ева издавала при прикосновении.
Она задвигалась быстрее, резче. Вдруг внутренние мышцы сжались вокруг члена, ее спина красиво изогнулась, и тихий стон чистого удовольствия стал последней каплей для самообладания Габриэля. Этот звук стрелой пронесся по позвоночнику, заставляя бедра вторить сбившемуся на волнах ее оргазма ритму.
— Так чертовски красива, — прохрипел он.
Едва соображая, что делает, потерявшись в застившем разум эротическом тумане, Габриэль перевернул их, оказавшись сверху. Она раздвинула ноги еще шире, открываясь навстречу его движениям. Он смотрел, как соединялись их тела, как ее голова откидывалась назад, обнажая уязвимую линию горла, ее пальцы крепко сжимали одеяло, а на прекрасном лице читалась новая волна удовольствия.