Ева напомнила себе, что обещала не комментировать брак подруги.
— Могу я у тебя кое-что спросить? — быстро произнесла она, пока Калеб закупоривал бутылку.
Ника кивнула.
— Ты любишь Кевина?
Лучшая подруга скривила губы в полном отвращении.
— Я ненавижу его больше, чем болезнь, забравшую моих родителей.
У Евы вновь отвисла челюсть, но тут рядом на диван плюхнулся Калеб. В его бокале постукивал лед. Правда! Наконец-то!
Но ничего не могла теперь с этим поделать, потому что Ника смотрела диким взглядом, потрясенная своим признанием. Взгляд метался между Евой и братом, губы сжались. Ника почти незаметно покачала головой, но с таким напряжением, что казалось, ее шея сейчас сломается.
У Евы зазвонил телефон.
— Мой рингтон был круче, чем эта жалкая хрень, — отозвался Калеб. — Ты не собираешься ответить? — он передал ей телефон.
Она выхватила трубку онемевшими пальцами, пребывая все еще в шоке от слов Ники. Почему остается с Кевином, если ненавидит его? У нее проблемы с деньгами? Этот ублюдок насильно удерживает ее? Но как?
Что еще он делает против ее воли?
Встревоженная, Ева провела пальцем по экрану, даже не взглянув на него. Как только закончит звонок, найдет способ вывести Калеба из номера и поговорить с Никой наедине. Подруге придется объяснить, что она имела в виду.
— Алло?
— Встань и выйди, если с тобой рядом кто-то есть. Не показывай, что узнала мой голос, или я нажму на детонатор, и номер твоего любовника разлетится к чертям.
Сердце подскочило в груди с силой товарного поезда.
Фурио. Ее взломщик с ирокезом.
— Скажи «хорошо, папа», — прошипел он. — Скажи!
— Х-хорошо, папа. — Она отвела взгляд от нахмурившейся Ники и встала с дивана. Сделала пару шагов на ватных ногах.
— Взрывное устройство, достаточно сильное, чтобы снести весь верхний этаж отеля, пять минут назад установили в номере Габриэля, котенок. Если не сделаешь, как говорю, я нажму на кнопку, и все рядом с ним умрут. Ты поняла?
— Я тебе не верю, — прошептала Ева, стараясь сдержать участившееся дыхание и молясь, чтобы он блефовал.
— Тогда ты глупее, чем я думал. Ты сейчас играешь с большими мальчиками, котенок. Думаешь, что смерть лишней парочки парней для нас что-то значит? — Он зло рассмеялся. — Твоему учителю стоит повторить урок, потому что ты ничего не поняла. Все сводится к тому, чтобы убить или быть убитым. Поэтому я выбираю убить. Гейба, Куана, Алека, Винсента, Кирова... твоего папочку. Кто еще умрет из-за твоей наивности?
Ее отец только недавно приехал. Фурио не мог этого знать, если только он не говорил правду.
О, Господи. Ева почувствовала приступ тошноты.
— И не утруждайся бежать по коридору, чтобы проверить. Я узнаю. Не думай, что я не наблюдаю за тобой с подругой и байкером.
Волосы на затылке зашевелились. Он видит их? Как?
Не важно. Он не блефует. Он взорвет их без лишних сомнений.
— Хорошо. Ч-что ты хочешь?
— Скажи «где мне тебя встретить, папа?» и говори громче, чем этот чертов шепот.
— Г-где мне тебя встретить, папа? — выдавила она с усилием, внутри все вибрировало от страха.
— Давай, котенок. Ты можешь лучше. Соберись и меньше эмоций на лице, потому что, полагаю, народ уже в сборе, и их жизнь в твоих руках. Кто бы ни был рядом с твоим мужчиной, шансов выжить у них не много, если сработает взрывчатка.
Ее отец. Габриэль. Вся их команда. Калеб и Ника.
Еву накрыло ужасом, с ног до головы окатило холодом. Но она выпрямила спину, подавив желание сжаться, и прокашлялась.
— Я думала ты за соседней дверью, — сказала она, стараясь, чтобы голос не дрожал. Ева поняла, что у нее нет выбора, кроме как подчиниться. Ни единого другого варианта.
— Уже лучше. Значит, котенок, которого трахает Гейб, оказался дочерью Василия Тарасова. Я достал себе русскую принцессу, — захохотал он. — Кто бы мог подумать, черт побери?
Еву сотрясла дрожь.
— Скажи байкеру, что папа хочет тебя видеть. Иди к складу в конце коридора на противоположной стороне бальной залы на первом этаже. Поняла?
— Да. — Как бы добраться туда, чтобы Калеб не увязался за ней? Нике теперь определенно нужен брат, и Ева не может подвергать его опасности. Калеб не имеет к этому никакого отношения.
— Ева?
— Да.
— Мне же не нужно говорить тебе, что не стоит ничего выкидывать, верно? Тащи свою милую задницу поскорее вниз вместе с дружком байкером, или я убью твоего мужчину и всех, кто рядом.
Щелчок.
О боже. Быстро собравшись, стараясь выглядеть как можно нормальней, Ева повернулась к друзьям и поймала на себе их заинтересованные взгляды.