Положив телефон на столешницу, девушка вышла из кухни. Было еще рано. Если начать сейчас, то можно сделать так, чтобы платье выглядело чем-то большим, чем шелковая сервировочная салфетка.
Взбираясь по лестнице, она приветствовала авантюрную сторону характера подруги.
Габриэль отложил гири и схватил с края скамейки уже влажное полотенце, чтобы промокнуть пот с лица. В пустом тренажерном зале раздавался стук тяжелого металла. Пустом, потому что менеджеру было велено закрыть его, чтобы они с Куаном могли спокойно позаниматься.
Мышцы перенапряглись и горели, но Габриэль направился к одной из беговых дорожек у стены. Он встал на нее, нажал на кнопки и вскоре тяжело побежал, чувствуя, словно убегал от чего-то, от чего никогда сбежать не сможет. Габриэль сморгнул капли пота и нажал на кнопку ускорения.
Это, разумеется, не помогло. Спустя сорок минут и две бутылки воды тело болело так, словно его только что побили, а в крови не осталось кислорода. Наконец, он рухнул на обитую скамью.
Габриэль схватил телефон и набрал номер.
— Она в порядке, Габриэль. Вокруг никого нет, — заговорил в ухе голос Джака после щелчка.
— Из дома выходила?
— Нет. Но попозже собирается. Встречается с подругой в клубе в центре города. В десять. Ник подстригал кусты и подслушал телефонный разговор под окном. Сказал, что девушка была не в восторге от идеи.
Джак тоже слышал разговор благодаря подслушивающим устройствам в доме. Нарушать конфиденциальность было необходимо. Они не могут упустить ее передвижения. Должны знать обо всех планах Евы.
Как, например, сегодня. Клуб? Его красавица в ночном клубе? С подругой, должно быть, Никой — девушкой совершенно не похожей на нее, но такой же привлекательной. Черт. Хищники выйдут на охоту за двумя девушками, как только те появятся в дверях.
И Габриэль тоже.
— Оставайся рядом. Напишешь название и адрес клуба. Мы будем внутри ближе к десяти. Дай знать, если их планы изменятся.
Габриэль положил телефон рядом с подергивающимся бедром и наклонился, облокотившись локтями о колени. Улыбнулся. Похоже, старые способы цеплять женщин в барах возвращаются.
Он сделал последний глоток воды, прежде чем вскочить на ноги и выбросить пластиковую бутылку в корзину у стены.
В непрозрачной стеклянной двери появился Алек. Его костюм от «Тома Форда» выглядел слишком официально на фоне синих матов и тренажеров. Он бросил свернутую газету на скамью и отошел, прислонившись к зеркальной стене. Откинув со лба темно-русые волосы, мужчина ничуть не разозлился, когда те вновь упали обратно.
— Не то внимание к себе, которое сейчас нужно.
Габриэль схватил газету и развернул. В заголовке говорилось об успехе вчерашнего благотворительного вечера, а под ним две фотографии и статья. На первой фотографии был изображен «Кроун Джевел», а на второй Габриэль и Ева. Подпись под фото гласила: «Предприниматель Габриэль Мур, совладелец «Кроун Джевел», и Ева Джейкобс».
Габриэль рассмотрел снимок фотографа. Боже. То, как он держал ее, прижимал к себе, а его ладонь так собственнически лежала на бедре девушки, словно он имел ее сотни раз. И ее взгляд на него, глаза широко распахнуты, щеки горят. Ева выглядела так, словно хотела принадлежать ему еще сотни раз.
— Это гарантированно наведет волков на след, — произнес Куан, заглядывая через плечо. — Но ты хорошо получился, Габриэль. Мне нравится.
Ему тоже.
Габриэль сложил газету и засунул под мышку.
— Ты понимаешь, что Стефано это увидит, — вмешался Алек, скрестив руки на груди. — Мой дядя тоже, насколько я его знаю. Ты так же знаешь, что это укрепит решение твоего брата прийти за ней.
Габриэль сжал зубы. Разумеется, знал.
— Василий все еще недоступен. Он отправил сообщение сегодня в пять утра и сказал, что снова будет на связи через несколько дней. — Это сообщение принесло облегчение. Нет ничего хуже, чем не слышать ни слова от одного из своих в течение долгого времени. Разум всегда рисует плохие сценарии. — В случае Стефано скажу, что мы сами к нему пойдем. Желательно до того, как он отправит очередного прислужника. Или сам заявится в Сиэтл.
— Думаю, это единственный вариант, который у нас остался, — согласился Алек. — Когда ты собираешься ехать?
— Завтра или на днях. Я дам тебе знать.
Алек кивнул.
— А теперь, когда мы определились, пойдем в ресторан и поедим. Мне надоело обслуживание в номере.
Они втроем покинули тренажерный зал и проследовали к лифту.
Со стольким нужно разобраться, чтобы отправиться на остров Мерсер. В идеальном мире Габриэль бы пресек идею клуба и держал Еву связанной, пока не разберется с собственным братом. Но мир, в котором они жили, был далек от идеала.