Погодите. Что? Не «Дай мне свои украшения и деньги», а «Держись подальше от Габриэля»? Она смущенно моргнула.
— Я не понимаю, — прошептала она.
— Ты не должна понимать. Босс хочет, чтобы ты держалась подальше, значит, ты будешь. Гейб не тот, кем ты его считаешь.
Гейб? Босс?
— Габриэль твой босс? — глупо спросила девушка.
Мужчина усмехнулся с издевкой.
— Пусть отсосет. Это единственное предупреждение, которое ты получишь, котенок. Послушайся. — Мужчина окинул Еву голодным взглядом, заставившим ее шарахнуться назад. Но дальше ничего не последовало. Незнакомец лишь отвернулся и направился вниз по лестнице.
Брюнет открыл входную дверь и оглянулся через плечо.
— Не звони копам. Они тебе не помогут. — Запустив руку в передний карман брюк, вытащил на удивление большую пачку денег. Достав две бумажки, он бросил их на пол. — За окно, — сказал он перед уходом.
Болезненные слезы заполнили глаза, но Ева быстро сморгнула их, слишком боясь не увидеть возвращение бандита. Она заставила себя схватиться за перила лестницы и подняться. Нужно закрыть все еще распахнутую входную дверь. Стуча зубами, девушка осторожно двинулась вниз по лестнице, не чувствуя ног.
Что теперь делать? Мужчина сказал не звонить в полицию, но на что он способен, если она это сделает? Ответ был прост.
Он может вернуться.
Калеб! Можно позвонить Калебу. Он знает, что делать. Перед ее отъездом в Нью-Йорке друг сказал, что Ева всегда может позвонить по номеру, который он ей дал, — и тогда приедет один из его братьев из Сиэтла.
Но Ева вбила тот номер Калеба в телефон, не запоминая. Сейчас же у нее не было мобильника!
Достигнув нижней ступеньки, Ева поморщилась. Осколки стекла впились в голые ступни ног. Негнущимися пальцами девушка захлопнула дверь и закрыла на замок. Глаза округлились, когда она увидела пульт сигнализации. Мужчина так сильно его испортил, что его скорее всего придется заменить. Что брюнет подразумевал под словами: «Габриэль не тот, кем она его считает»?
Девушка отступила назад и подняла ногу, чтобы вытащить осколки, потом повторила манипуляции с другой ногой. Ева зашипела, когда острый осколок, вытащенный из пятки, порезал ладонь, и выругалась, бросая его на пол.
Ева подошла к телефону и только собралась снова набрать Нику, как услышала снаружи визг шин. По венам запульсировала тревога.
Вернулся?
Громкий стук в дверь заставил ее выронить трубку, из горла вырвался хриплый крик.
— Ева! Открой!
Габриэль.
Мысли заметались, она потянулась в сторону и выглянула в разбитое окно, увидев большое тело, которое Ева бы узнала где угодно. За секунду девушка распахнула дверь и бросилась в раскрытые объятия.
Ужас на лице Евы вместе со следом крови на щеке стали ударом для Габриэля. Быстро оценив ситуацию, мужчина заметил разбитую сигнализацию и окно, что объясняло усеянный стеклом пол. Губы скривились в диком рычании, когда он увидел среди беспорядка две новенькие банкноты.
— Что произошло? — потребовал он, втащив Еву в дом и закрывая за собой дверь.
— М-мужчина влом-мился... — Она прижалась лицом ему в шею.
Дикое чудовищное чувство попыталось вырваться из груди Габриэля, крича от ярости из-за того, что его не было рядом, чтобы защитить вверенную в его руки девушку.
— Все хорошо, милая. Я тебя заберу, — бормотал он ей в волосы. — Скажи, что он не ранил тебя. Пожалуйста. — Она покачала головой, и Габриэль с облегчением прикрыл глаза. Он держал ее, успокаивающе гладя по спине: кончики пальцев пробегали по каждому позвонку. Ненависть, чертова ненависть… Дрожь постепенно покидала ее тело. Как мужчина мог одновременно хотеть свернуть ее тонкую шею и утешить? Ева никогда не должна покидать офис, не сообщив ему!
Ему было не по себе от того жесткого взгляда, который девушка бросила ему, прежде чем скрылась в комнате отдыха. Поэтому Габриэль подождал всего минуту или две, прежде чем пойти проверить ее. Но Ева ушла. Они с Куаном последовали за ней по маячку, установленному на машину перед тем, как девушка приехала из Нью-Йорка домой. Слава Богу, Габриэлю хватило дальновидности снова нарушить ее приватность этим маленьким устройством, иначе они бы не смогли так быстро найти девушку.
— Откуда кровь, милая?
— Я... с-стекло... — заикаясь проговорила Ева.
Он посмотрел вниз и заметил капли малиновой жидкости, сбегавшие по пальцам ее левой руки. И она была босая. Ублюдок. Габриэль поднял ее на руки и быстро двинулся по коридору. Под подошвами хрустели стекла.