Ненавидеть Егора я не могла, легче ненавидеть очередную Свету. Долго я так не протяну. Лера была права, нужно уходить. У меня не получится ни смириться, ни противостоять Егору, соседствуя с ним под одной крышей.
Когда-то я смогла адаптироваться к приставаниям любовника матери. Будучи в подростковом возрасте, я не знала, как реагировать, как себя вести. Первый раз, когда он зажал меня в кухне, я замерла от ужаса, но всё же вырвалась, убежала в свою комнату и там тряслась от страха, бессилия и беспомощности до прихода матери.
В моём поведении никогда не было провокаций. Я не вела себя вызывающе при материном хахале, не ходила дома в шортах и майках, только трико и футболка под горло. Я подспудно чувствовала опасность. Опасность в его взглядах, в его якобы нечаянных прикосновениях, в неуместных взрослых разговорах, типа «ну, ты же знаешь, как это бывает у мужчины с женщиной».
Гораздо позже я поняла, что грязными разговорами он развращал меня, подталкивал к краю, готовил почву для себя. Всё это пугало, у меня началась бессонница, я боялась ночью идти в туалет, представляя, как он подловит меня в тёмном углу. Я и днём старалась не перемещаться по квартире, когда он оказывался один без матери.
Этот тип поселился у нас, давал матери деньги, и она на всё закрыла глаза. Всё лето я проводила у бабушки в деревне, хоть на три летних месяца дыша свободно, избегая посягательств взрослого мужика.
Живя с матерью, я давила в себе агрессию и страх. Межкомнатная дверь со щеколдой, которую мне помогла установить подружка Маша, была единственной моей защитой. И хотя силы были не равны, я избежала насилия, продолжила жить.
Я вырвалась из этого ада прежде, чем маман рассталась с любовником. Мне казалось, что я переросла эту травму. Глядя на пару, совокупляющуюся передо мной на кровати, я поняла, что это не так. Маленькая девочка рыдала, глядя на то, как её парень страстно любит другую. Сколько можно врать себе. Я его люблю, он меня – нет.
Отвернувшись от них, я сползла с кровати – аэродрома, поправила задравшийся топ, вышла из комнаты. Отключать телефон не стала, у нас с Егором много совместных дел, одним махом их не прекратить.
Стараясь не греметь, я вытащила чемодан из шкафа – купе, окинула невидящим взглядом свою комнату, присела на кровать, выбрала дешёвое бунгало, забронировала его, вызвала такси. За мной вдогонку Егор не побежит, я знала его принципы.
Что ж, когда-то надо ставить точку. Пора.
Глава 4. Вне игры
У меня хватило сил заселиться в маленькое бунгало, включить кондиционер и, не раздеваясь рухнуть звездой на кровать. Злиться на Егора было глупо, он ни в чём меня не обманул. После первого секса он честно презентовал свою стратегию жизни. Я согласилась продолжить отношения. Не представляла последствий? Представляла. Думала, что справлюсь и научусь кайфовать от такой любви. Не вышло. Кто виноват во всём этом? Конечно, я сама.
Сегодня вместо слёз и жалости к себе на меня напало какое-то отупение. Поплакать и скатиться в истерику не удалось. Вступив на путь освобождения от зависимости, я не знала, как существовать без Егора. Настоящая героиня, черт возьми. Что делать дальше, когда стоишь в тупике, упёршись взглядом в стену. Наверное, надо повернуть назад и найти то место, с которого начался мой путь.
Я влюбилась после первой ночи близости, Лера, появившаяся в нашей постели через пару дней, для меня была лишь телом. Егор всё время спрашивал нас: «Чьи вы, — получая в ответ, — твои». Внушение вместе с подтверждением. Программа закинута в мозг, следом она распакуется, и ты даже не осознаешь, как это произошло.
Программа прямиком попадает в бессознательное. Вирус, занесённый в мою операционную систему. Всё просто – внушение – подтверждение – и я готова. Здравствуй, зависимость – вселенская любовь.
В голове звучал голос Егора. Он учил мужчин правильно реагировать на женские обиды.
Забудь про уговоры. Твоя незаинтересованность – ключ к успеху.
Ничего нового, солнце русской поэзии давно вывел эту формулу. Егор видел, что я изменилась, мне стали неприятны левые партнёрши. Но никаких разговоров, послаблений и прочих танцев с бубнами вокруг меня, ведь мы обо всём договорились с самого начала «на берегу». Доминант ни при каких обстоятельствах не поступается своим выбором.
Если я не кинусь первая к нему с извинениями, Егор позвонит или напишет не раньше, чем через неделю, когда ему понадобиться помощь в работе.
Надо успокоится, продышать тревогу, а не заглядывать каждые пять минут в телефон. Лучше вообще его временно отключить. Уверена, Егор понял, что я сбежала, и не будет беспокоиться, тем более, ему есть чем заняться, а «этим» он может заниматься хоть всю ночь.