— Некогда разлеживаться, — решительно ответила я. — Веди меня в лавку мужской одежды.
— Как скажете, но если с вами что-то случиться…
— Возьму все на себя, — заверила я.
По торговым лавкам городка, который считался у оборотней административным центром и местом, где вожди кланов собирались и обсуждали дела, проскакали галопом. Я, конечно, торопилась: не выходило из ума, как там Магистр и ребята, а Люк оттягивал момент отправления, как мог, нахваливая то один магазинчик, то второй. Вот уж не думала, что мужчины могут быть такими щепетильными. Люк не забыл даже про парфюм, посоветовав выбрать нечто нейтральное между мужским и женским запахом. И, следуя его наставлениям, я чуть бритвенный прибор не купила, но вовремя вспомнила, что у меня, как у эльфийки. нет лишней растительности ни на лице, не в подмышках.
— В этом вы, леди, ещё больше похоже на женщину. Вы слишком красивы, будь сейчас время гона, все самцы из-за вас передрались бы, — восхищенно вздыхал он, и его слова медом лились в уши. Кроме Тима, мне никто столько комплиментов не делал.
Видел бы он мои габариты девять месяцев назад!
— Льстец! — журила его, но меня распирало от гордости. Не врал. Сейчас на меня засматривались и прохожие на улице, и покупатели, бродившие между рядами одежды. Возможно, причина была в том, что среди оборотней я выделялась, как белая ворона, но мне было приятно думать, что я им нравлюсь.
По меркам Пятого Мира прошел почти год. Я только-только акклиматизировалась и начала привыкать. Здесь год длился на четыре месяца дольше, но по времени суток почти то же самое. И солнце было массивнее нашего раза в два, а планета от светила располагалась дальше. Интересно, что ждет нас в Третьем Мире? Говорят, климат там был намного мягче и теплее…
Купили мне пару теплых брюк с поясом-резинкой, которые подошли бы и женщинам, и мужчинам, несколько рубашек, пару теплых свитеров, куртку-дубленку, обменяв на нее мою шубу, мужскую шапку-ушанку, с отверстием для хвоста, кое-что из мужских украшений-атрибутов, которые могли указать на половую принадлежность.
Из всего, что было на мне надето, к новому образу подошли только унты. И то хорошо. Вещей набралось на четыре больших пакета, не считая того, во что я сразу переоделась.
Интересно, где Тим, Линь и Магистр прячут свой гардероб? Мне всегда казалось, что уж они-то одеждой не обременены, но сейчас, вспоминая во что они одевались, получалось не так мало у них вещей.
Люк, увидев меня в новом наряде, только покачал головой.
— Леди Мерлин, плохая была идея, лучше вернуть все, пока не поздно. У вас кожа нежная и белая, как у ребенка. А руки... Вы посмотрите на свои нежные руки! Да вас глаза выдают с головой! Не может быть у мужчин таких больших красивых глаз, такого точеного носика и идеальных скул. Вы самая красивая девушка из всех, что я видел, — и так хищно облизнулся, что у меня сердце екнуло.
— Простите, что услышал ваш разговор... — вмешался хозяин лавки. — Не надо ничего возвращать! Вам это все очень идет! Никогда не видел, столь совершенного эльфийского молодого человека! Вам просто нужно подчеркнуть эльфийское происхождение... Вот, — выложил он перед нами тюбики с мазью. — Этот крем защитит вашу нежную кожу от ветра, холода и солнца и сделает ее на два тона темнее. Искусственный загар держится около месяца. А еще могу порекомендовать эти эльфийские украшения... —достал из-за прилавка коробку и открыл ее. — Думал, не пригодятся. Даже не знаю, зачем согласился взять в залог этот мусор... Слышал, эльфы ценят свои штучки.
— Если мусор, может, вы просто отдадите его? — предложила я.
Без этих украшений я вряд ли отсюда уйду: продавец даже не догадывался, какие ценные сокровища ему достались. Эльфийский обруч с редчайшим драгоценным камнем алимонтином блокировал любую темную магию, направленную на его носителя. Браслеты с антирумилом усиливали эффект магических зарядов, преобразуя в смертельную для врага стихию. Серьги, похоже, были средством связи. Три перстня с амулетами накопителями, пара оберегов от злых духов-элементалей, которые любили пакостить людям, не защищенным магиями Стихий.
Артефакты сохраняли свои свойства, если только их передавали добровольно и служили новым хозяевам пока смерть не разлучит их, и, если владелец никому не передал сокровища, возвращались к эльфам. Похоже, сама судьба привела меня к ним — это тоже эльфийская магия. В чужих руках они становились неприметными: золото выглядело как медь, серебро, белое золото и платина — как ржавое железо или свинец, камни теряли прозрачность и тускнели, эльфийские руны истирались.