Но как их ген мог передаться мне, ведь я так похожа на отца…
А почему нет? Демон похоти мог являться в любом обличии…
Грешить на предков — это вряд ли, тогда бы ген давно проявил себя, но ни о чем подобном я не слышала, все мои родственники обладали обычной эльфийской магией, которая как раз оказалась мне неподвластна, и все целители со всеми амулетами, измеряющими уровень магического потенциала, доказывали отцу, что магии во мне нет. Вообще. Даже той, которая должна была достаться мне от матери.
Я снова и снова лихорадочно перебирала в памяти то, что слышала и читала о близости между людьми. Прелюдия, близость, кульминация, передышка. По крайне мере, мужчины должны были восстанавливаться. Когда Линь доводил женщин до оргазма, они кричали, но после на какое-то время за стенкой наступала тишина.
Прислушалась к себе. Никакой усталости, наоборот, подъем сил, спать расхотелось. Я чувствовала себя как обычно, очень даже бодро, и послевкусие пережитого наслаждения наполняло тело умиротворением и сладостью.
По спине побежал холодок.
Я почувствовала боль. Неприятно осознать, что отец мне совсем не отец. Это с матерью у меня всегда были натянутые отношения, и сейчас мне кажется, она даже недолюбливала меня, стыдилась и никогда не брала на руки, очевидно, устыдившись своей измены, и если бы не отец, не знаю, как бы я пережила все то, что со мной произошло, когда маги не смогли провести инициацию. Для отца я всегда была его маленькой девочкой, которую он любил и защищал даже больше, чем брата с сестрой, с которыми у меня отношения тоже никогда не складывались, да и я в общем-то редко вспоминала о них, абсолютно не испытывая привязанности или тоски.
И где мой настоящий отец?
Мог ли он бродить по зараженным мирам? Да запросто. Знал ли он обо мне? Все возможно, но скорее всего нет. Только каменное сердце могло бесстрастно взирать на мои мучения, когда надо мной смеялся весь Пятый Мир. А может, он не знал, как мне помочь? Впрочем, будь демон похоти в Пятом Мире, это непременно стало бы известно отцу. Каждый месяц он получал отчеты со всего мира обо всех случаях смерти и причинах, по которой они умерли, и я эти отчеты просматривала тоже. Случаев смерти от сексуального изнеможения не было ни разу.
А если он такой же, как я, демон похоти только наполовину?
Я ведь смогла отпустить Тима, да и он смог взять себя в руки. Ну да, испытав боль. Не сломайся кровать, мы бы продолжали скакать друг на друге, пока кто-то из нас…
Но тогда демон не смог бы принять обличие отца, копией которого я была. Чтобы убедиться в этом, достаточно взглянуть в зеркало. Те же брови, тот же лоб, тот же нос и губы, те же высокие скулы. Я была похожа на отца больше, чем мои сестра и брат, а от высокомерной матери мне ничего не досталось.
Мне вдруг захотелось немедленно бежать к Магистру, уж он-то точно знал побольше меня. Я не знала, что мне от себя ждать. Я демон, и не просто демон, а демон, который вызывал изжогу у всех добропорядочных демонов, поскольку только с демонами похоти люди умирали, наслаждаясь своей смертью. Будь на месте Тима обычный человек, его сердце давно бы не выдержало такого напряжения. Ни я, ни он не представляли, насколько близко мы подошли к краю. Судя по тому, как я проголодалась, моя эльфийская сущность растратила все свои человеческие ресурсы. Я бы, конечно, не умерла, восстановилась я очень быстро, но до чистокровного демона похоти мне далеко. Но терпела я долго, в замке, слава богам, никого не изнасиловала, никого не заставляла себя ублажать до смерти, а могла бы. Впрочем, кто знает, в каком возрасте инкубы и суккубы становятся половозрелыми особями, дети демонов отличались от эльфов тем, что дольше писались под себя и позже взрослели. Может, именно поэтому отец еще не терял надежды однажды удачно выдать меня замуж.
Тим заворочался, почувствовав меня. Открыл глаза, спрятал виноватую морду в лапы и по-медвежьи заревел. Я поняла его: просил прощение и жаловался на то, что сил у него нет.
— Тим… прости, я не знала, что я… Давай мы поговорим об этом завтра, не вини себя, радуйся, что остался жив, — рассказать Тиму придется, иначе он просто решит, что не смог меня удовлетворить или придумает что-нибудь в этом роде. Я пережила подобное унижение, будучи отторгнутой всеми, и не желала ему подобного, а мнительности у его было хоть отбавляй. Он был первым, кто полюбил меня по-настоящему, за то, что я есть, несмотря на то, что в то время я еще была пухленькой булочкой.