В какой-то момент я почувствовала, что мой демон сыт. Удивительное состояние физического насыщения, как будто избавилась от боли, к которой привыкла и не замечала, и легкое, ничем не омраченное чувство свободы наполнили душу непередаваемым ощущением, которое смогло затмить наслаждение нескончаемым оргазмом.
В какой-то момент мне показалось, что я чувствую ребят, их внутренне состояние. Их ощущения разительно отличались от моих: мой центр удовольствия располагался внутри меня, а их — как бы снаружи. Привыкшие получать удовольствие через удовлетворение плоти на конце их члена, они, по сути, не понимали, что находятся под моими чарами, которые стерли границы, позволив им чувствовать удовольствие и наслаждение, которое я получала от них, и, возможно, они перестали бы возбуждаться, разорви я эту связь, но я сама находилась в полубессознательном плену нашего общего сладострастия.
Внезапно Линь громко вскрикнул и повалился. Лицо его исказила судорога боли. Он мгновенно оказался по ту сторону круга, разорвав со мной и Тимом связь. Почувствовав его боль, я тоже пришла в себя.
Тим еще облизывал меня, продолжая меня таранить, но теперь я слышала только отголосок его состояния.
— Тимыч, хорош, слазь! — красавчик начал стаскивать его с меня. — На улицу, черт… — склонился надо мной, чмокнув в губы. — Прости, сладкая, ты не возражаешь, если мы передохнем?
Я испуганно замотала головой.
Линь чуть ли не на руках, силой вывел Тима на улицу.
То, что только что казалось само собой разумеющимся, внезапно обрушилось и придавило чувством стыда и раскаяния. Я только что переспала с двумя мужчинами, я брала их половой орган в рот, я облизывала их и получала удовольствие, глотая их семенную жидкость, в каких только позах эти два маньяка меня не поимели. На меня как будто вылили ушат ледяной воды и с меня спал жар. Демон во мне еще довольно урчал и облизывался, пребывая в раю, а душа безжалостно изверглась в ад.
Оставшись одна, я с ужасом рассматривала разгромленную спальню, перевернутую вверх дном. На полу валялись осколки вазы, сорваны с окон шторы, смятый ковер, матрас…
Очень хотелось пить.
Завернувшись в простыню, я на цыпочках вышла в гостиную и застыла в проеме. Линь сидел за столом, жадно обгладывая окорочка, оставшиеся на подносе — облизнулась, чувствуя, как просыпается зверский голод.
— Будешь? — Линь с улыбкой протянул мне последнюю куриную ножку. Положил в тарелку, добавил салат, налил бокал вина.
Села за стол, взобравшись на диванчик с ногами. Близость Линя вызвала неоднозначные чувства.
— Как ты? — спросил он, продолжая сметать еду со стола.
— Стыдно, — призналась я.
Линь подавился, уставившись на меня.
— С какого перепугу? Ты чего? Еще раз услышу такое, отшлепаю по заднице… По сладкой упругой попке, — он рассмеялся, подсел ближе, обнял, уткнувшись лицом в плечо. — Думал, что я все знаю про секс. Теперь знаю, что все, что было до тебя — бледная тень. Ты лучшая из всех моих женщин — и это факт. Но, похоже, твои чары на меня действуют слабее, чем на Тима.
— То есть, ты себя контролировал?
— Родовая печать, — он подвернул мне плечо. — Вставило так, я чуть копыта не отбросил. Что там?
Провела пальцем по узору.
— Красная. Значит, мне нельзя быть с Тимом? — я расстроилась.
— Ну… и со мной нельзя, скорее всего. Твой демон слишком прожорлив, но вдвоем мы его ушатали. Завтра ты поймешь, что он сыт. Для него это охота, как для нас в ипостаси оборотней. Тебе придется научиться его контролировать, а мы поможем. Мерлин. Скажи, ты хотела меня?
Я кивнула. Решив быть откровенной.
— Но и Тима я не могу отпустить, мне будет без него плохо.
— И не надо! — Линь снова обнял меня, крепко прижимая к себе. — Мы оба от тебя без ума, а твой демон — источник наслаждения. Так сказать, приятный бонус. И не надо в нас сомневаться.
— Но я хотела семью… — от его нежности хотелось заплакать. — А теперь я игрушка для утех…
— Мерлин, ты напросилась! — Линь легонько шлепнул меня. — Мы и есть твоя семья. Ты можешь выйти за любого из нас замуж, ты можешь нарожать нам детей — разве мы хотим другого? Послушай, уже много дней это сердце бьется ради тебя одной, я представляю в постели только тебя одну… Мне не нужны другие — и ты это знаешь. Ты не игрушка — ты самый близкий и родной человек, и все. чего я хочу, провести с тобой остаток своих дней. Прости, что я был подлецом и не сразу понял, что ты для меня значишь. И я, наверное, буду им еще долго. Мне всегда хотелось иметь ипостась демона, и я невольно начинаю снова тебя использовать, надеясь, что твой демон разбудит моего. Это мерзко, да?