— Что, прямо так… — растерялась я.
— А чё тянуть? — Линь пожал плечами. — Я понятия не имею, как там у императоров, а так, поставим перед фактом нашей всеобщей любви, выразим сожаление… Тем, кто мечтает меня охмурить, глубокое соболезнование. Ты сможешь поставить всех этих знатных дамочек на место, чтобы не домогались — у тебя хорошо получается, — он хохотнул.
— Мерлин, не тяни, мы просто созданы друг для друга, — надавил Тим. — Я уже извелся весь, любишь-не-разлюбишь… Твой отец еще… Как вспомню, кто он, у меня коленки от страха подкашиваются. И его поставим перед фактом, ну, не убьет же он своего зятя. Да или нет?
— Вы это серьезно? Но это ненормально, выйти за двух сразу…
— Мерлин, не накручивай, у нас не так много времени! — Нам еще свадебное платье покупать и искать приличного жреца… Блин, у меня так скоро на теле не останется свободного места… Хватай, пока желающие есть! Сколько собираешься сидеть в девках?! — поторопил Линь, обернулся к Тиму: — Прикинь, мы еще долго будем вспоминать этот домик — это все попадет в анналы истории, а на домик этот дощечку приколотят: здесь соединили сердца, руки, но и кое-что еще император я и императрица Мерлин. Может, и тебя помянут.
— Тогда мы прославимся не как герои… — ухмыльнулся Тим. — Людям только дай повод. Мерлин, мы тут вообще-то на коленях перед тобой стоим, совесть у тебя есть?
Эти два беспризорника, две бездомные животины щенячьими взглядами вырвали мне сердце. Они принадлежали мне — оба. Ради этого стоило поднять задницу и претерпеть этот трудный путь. Красавчик пал к моим ногам, хотя я к этому в последнее время не стремилась.
И Тим…
Я это заслужила.
— Я согласна! — выдохнула и почувствовала, как гора упала с плеч. Теперь я могла отбросить стыд и снова считать всех придорожных шалав падшими женщинами, а себя целомудренной женой, исполняющей супружеский долг. А скоро я положу к ногам весь мир, и весь город, который смеялся надо мной, будет завидовать мне…
Размечталась, екнуло где-то в внутри.
А почему нет? Пророчество, обещанное мне, сбывалось, я выхожу замуж за принца, а Тим — мой добрый ласковый мишка будет залогом моего счастья.
Тим надел мне кольцо на палец, и двое моих мужчин набросились на меня, а я нежилась в их ласках, посмеиваясь, когда они пытались меня делить.
Вспоминая нашу дорогу, ребята рассказывали о себе и расспрашивали обо мне, строили планы, делали друг другу массаж, снова целовались и занимались любовью… Тим пожарил мясо, я приготовила закуски, Линь истопил баню, в которой мы помылись втроем, вернувшись в кровать. Наслаждаясь друг другом, мы пили вино и кормили друг друга с рук…
За окном уже снова наступила ночь. Мы не заметили, как пролетело время, и никуда не торопились.
Внезапно дверь в спальню распахнулась. На пороге стоял господин Ульрих
Увидев нас голышом на кровати втроем, глаза его потрясенно полезли вверх, наливаясь кровью.
— Как это все понимать?! — разъяренным взглядом он нацелился на красавчика.
— Наставник… — я нащупала простыню, которой оборачивалась после бани, трясущимися руками прикрыла наготу. Ребята даже не пытались что-то сделать, предвидя свою смерть. — Вы не то подумали… Они не виноваты, это все я… — пролепетала я пересохшим языком. — Идите, идите! Я все объясню, — толкнула их к двери, в которой застыл Магистр.
Наверное, в этот миг им было проще выбраться через окно.
Тим подхватил Линя и оба пулей выскочили на улицу.
— Мерлин, как ты могла?! Я доверял тебе… — Магистр упал духом. — Что я скажу твоему отцу?!
— Господин Ульрих, я выхожу замуж…
— И кто тот подлец, что решил делить жену с другими? Тим? Каков мерзавец!
— За обоих. Я выхожу замуж за обоих, — я старалась казаться твердой, но внутри все дрожало. Я понимала, как он сейчас подавлен и разочарован во мне.
— По эльфийским традициям…
— Я не эльфийка, я на половину демон. Суккуб. И это я соблазнила ребят. Демон проснулся и очень голодный. И вы, верно, догадывались, вы не могли об этом не узнать, когда собирали сведения о магии Света, — вывалила я на него всю правду. — Они мне помогли… И сделали предложение. Я приняла его. По одиночке я могу их убить. Поймите меня, Наставник, я не могу и не хочу провести остаток жизни в какой-нибудь одинокой келье в горах. Вы видели, что я сделала с Тимом — я выпила его жизненную силу до капли.