Зазноба подо мной страстно стонала и билась, будто пойманная голубка, двигаясь навстречу, царапала спину ногтями, обвивала ногами, подставляя щель так, чтобы я мог войти полностью. Окаменевшие ядра бились о ее бедра, а я крепко сжимал ее груди и жадно, как будто в последний раз, целовал губы. И едва сдержался, когда ее плотное кольцо начало сжиматься, а по телу прошли судороги. Она исторгла вопль, похожий на крик и всхлипы. Замедлил движение, давая ей прийти в себя, немного остудив пыл. Играясь, дождался, когда внутри снова потечет сок, повернул на спину, приподнял задницу, всадил член, засаживая глубоко между ягодицами.
М-да, как же мне этого будет не хватать!
Женщина подо мной снова неистово стонала, упираясь головой в спинку кровати, поднимала задницу с крепкими упругими ягодицами, а я мял их руками, натягивал на себя, получая фантастическое чувственное наслаждение. Мой член входил и выходил сквозь темно-розовую щель, вбиваясь в ее плоть, как таран, и каждый толчок отзывался в теле волной удовольствия.
Магистр, толстуха, Судья, нежить… — все осталось за гранью...
Придумали же боги расслабон!
Наконец, она снова начала дергаться, исторгая вопли, и я позволил себе выпустить наружу нарастающую пульсацию, которая скопилась в канале. На мгновение ушел в нирвану, сосредоточившуюся на конце моего члена, затмившую мир, а после меня отпустило. Через мгновение почувствовал облегчение и как взмок. Тело расслабилось, женщина перестала быть желанной, сердце и душа охладели, обретя долгожданный покой, а член обмяк и ужался, легко выскользнув из щели.
Сполз с женщины, лег, уставившись в потолок. Она целовала мой живот, мою грудь и плечи, а я уже ничего не чувствовал. Мысли текли вяло: уйти или дождаться, когда снова встанет? Сейчас мне хотелось, чтобы меня оставили в покое. Не настолько я был голоден, чтобы трахать вдовушку всю ночь. Вернулось стойкое ощущение обреченности, тревоги и внезапно вернулось желание убить причину моих несчастий. Жирная тварь снова просочилась в мысли, как будто караулила под кроватью.
— Любимая, мне нужно выспаться, — я отодвинулся, зевая. —Если я не вернусь вовремя, хозяин поднимет шум, и тогда к сроку еще намотают. Может, утром повторим?
По лицу зазнобы снова потекли слезы.
— Баню истоплю… соберу что-нибудь в дорогу. О-о-о-о-у-у-у… — голова упала на мою грудь, орошая горючими слезами. — А что, если уговорить хозяина продать тебя мне?
Тоже вариант. Но сразу вспомнил, что хозяину я зачем-то нужен.
— Ты хоть представляешь, сколько денег за меня золотом заплачено? — я оттолкнул ее. — Где ты столько возьмешь? Ни к чему это. Мы не на прогулку собрались, в зараженные миры. Пропадет без меня.
— Займем, после отработаешь, — не унималась она.
Я представил себя на галерах.
Нет уж, пусть лучше меня нежить сожрет. Что там горбатиться, что тут. По крайне мере, там работу искать не придется, она сама меня найдет. Зная, что в зараженном мире рядом будет маг, который чувствовал себя среди нежити, как щука в стае карасей, страх ушел. Я уже настроился мир посмотреть, себя показать. Жаль, не подумал о том, что можно сначала жениться, а потом заманить женушку на кладбище, скормив нечисти. С таким наследством жил бы как слон в сметане.
— Спасибо, дорогая, но нет… нет. Таких денег за десять лет не заработаешь. Не хочу тебя обременять. Спи! — я отвернулся и реально уснул.
Зазноба разбудила меня утром. Секс был под одеялом, долгий и ленивый. Милая нащупала член, помяла в руках. Он напрягся, больше желая слить, чем куда-то влезть. Но отозвался. Я залез сверху, вошел в промежность. Полная эрекция наступила, когда я уже был внутри. В какой-то момент желание проснулось, и я пошел в атаку, пристав на руках и интенсивно качая задом. Милая распалилась, обвивая ногами.
Поняв, что ничего не получается и до конца процесса еще далеко, лег на спину.
— Давай сама, — предложил ей.
Она влезла на меня, рукой ввела мой член в себя. Мне осталось только мять ее грудь, отвечать на поцелуи и чуть подмахивать, когда она неистово насаживалась, меняя направление движения.
Это тоже было приятно, но ссать хотелось не меньше, чем кончить.
Наконец, ее сотрясло. Она откинулась назад, сжимая промежность. Я выждал минуту, скинул ее с себя, вскочил, ринувшись в отхожее место. И пока сливал, получил не меньшее удовольствие, чем до того. Вернулся, в полной боевой готовности. Задница ее снова стала восхитительной, холмики грудей желанными, губы сладкими, а запах обворожительным. Лапушка еще лежала, наслаждаясь послевкусием оргазма. Залез под одеяло, нащупав клитор.