— Понял, сделаем в лучшем виде… — пообещал он. — Стой, — спохватился и убежал в сторожку, вернувшись с армейской фляжкой. — Держи, выпьешь там, за наше здоровье, — засунул фляжку мне в карман. Подошел к Магистру, сидевшему в седле, взял пропуски, поставил штамп, перекинувшись с ним парой слов.
Мы обнялись еще раз на прощание.
Я вскочил в седло, Миха ладонью ударил в круп.
— С Богом! Береги себя! Увидимся еще. Не увидимся, из могилы достану, оживлю и придушу еще раз! — пригрозил он. — Понял? Чертяка…
Я засмеялся, дернув поводья. Магистр рядом тоже улыбнулся.
— Герой, значит… хм, — он пустил коня рысью, обогнав меня.
Остальные ворота к порталу оказались открыты, а у портала толпились солдаты.
— Вы бы подождали здесь, там нежить осадила крепость, — к нам подошел старший офицер. — Отобьемся, тогда и отправитесь.
— Подождем там, возможно, найдется лазейка выбраться наружу, — ответил Магистр, занимая очередь.
— Ну, смотрите сами, — офицер отошел.
Подошли к порталу с искаженным пространством. Голубая огненная дыра с черной сердцевиной вздувалась, бугрилась и закручивалась, как воронка в реке. Завязали лошадям глаза, проверили крепко ли привязаны мешки к седлам. Нахождение в портале по ощущениям длилось мгновения, но в действительности могло пройти и час, и два.
Первыми в портал ушли Магистр и Мерлин, я за ними.
На другой стороне нас встретили только операторы. Солдаты, что ушли до нас, уже бежали в крепость.
Магистр сразу направился к выходным воротам.
На последней стене крепости битва была в самом разгаре. Нежить, рассеявшись по окрестности, взяла крепость в кольцо. Основная масса скопилась возле главных ворот. Методично долбилась, пытаясь пробить железо и вытащить блоки из стены. Эти — мясо, тупые и медлительные, еще похожие формой на людей. Хороши на коротких дистанциях, на длинных не тянут. Всегда есть шанс убежать, если нет засады и того, кто их организует. Они еще не трансформировались полностью, мышцы и кости не такие крепкие, как у продвинутых. Те, кто управлял этой массой, всегда отправлял их вперед, чтобы обнаружить слабые места. Мясо поливали смолой, утыкивали стрелами и заклятиями, как ежиков. Заклятия действовали эффективнее, сильный заряд мог и убить, а оружием, если только покрошить в фарш, и желательно сжечь.
Нежити-санитары оттаскивали покалеченных в сторону. После зомбаков забирали с собой для восстановления. В обезлюдевшем мире нежить лишилась основного источника пополнения боевых единиц — именно это спасало людей других миров от тотального уничтожения.
Нежити, которых у нас в крепости окрестили разведчиками и диверсантами, держались в стороне: в их задачу входило подготовить диверсию там, где они нашли слабое место.
В прошлый раз они сумели заложить под стену взрывчатку, пробив огромную дыру. Откуда у них оружие, одному Хаосу известно, но среди них имелась продвинутая нежить, вооруженная до зубов. Даже защитный контур не помог: у этой братии даже маги были, которые пожирали магический потенциал, используя его на свои нужды.
Одной встречи с такой тварью мне хватило по гроб жизни, вовек не забуду. Этот адский маг долго снился в кошмарах, заставляя просыпаться в холодном поту.
Еще одна категория — трансформеры-мутанты: переродившаяся нежить, способная лазить по отвесным стенам не хуже насекомых. Они и по форме напоминали тараканов и жуков с кожистыми крыльями, умея летать на небольшие расстояния. Из смертной нежити — самые опасные противники. И с этими летающими тварями пожиратели на голову разбили бы любую армию, будь у этих зомби-магов своя сила, но она у них тоже временами заканчивалась. Но они быстро учились отлавливать живых магов и выкачивать силу для своих потребностей.
Протяженность крепостной стены была длинной, контролировать всю не всегда получалось, поэтому некоторые твари прорывались внутрь. Ими занимались отряды летучих горгулов — всадники на горгульях.
Горгульи представляли собой независимую демоническую расу, которая подвязалась охранять миры в сотрудничестве с магами. Они единственные, кому нежить не могла нанести вреда. Крепкая бронь, невосприимчивость к магическим заклятиям, отличные летные качества. Только уговорить горгулью служить себе было делом в быту невозможным, они соглашались посадить на себя наездника только здесь, у портала, на перекрестке миров, а в других обстоятельствах служили разве что при императорских дворцах, охраняя правителей миров.