— Да я… — красавчик сверлил меня потемневшим взглядом. — Подсматриваешь, чем по ночам занимаюсь? А может, я тебе нравлюсь? — он сально приблизился вплотную, прижимая меня к стене. — Мечтаешь обо мне?
— Больно надо… — отодвинулась я, уперевшись в стену. От его близости повело живот. Это при том, что вокруг творился невообразимый хаос: крики, стоны, пальба, взрывы… К Линю у меня было нездоровое влечение, и я не могла себе его объяснить: похоже, это было сильнее меня — еще утром я клялась себе, что выброшу его из головы, но сейчас все правильные мысли улетучились, и мне хотелось, чтобы он прижался еще сильнее.
— Тебе сколько лет? — продолжая давить, он рассматривал меня с жалостью.
— Двадцать… пять… — проблеяла я заплетающимся языком, закрывшись от него руками. От нашей близости меня накрыло с головой. Сейчас, когда он стоял вплотную с небрежным видом, я почувствовала исходящий от его тела жар, слышала биение сердца, в глазах на мгновение потемнело от окутавшего амбре мужского пота и одеколона, а мое тело ослабло под натиском взыгравших гормонов.
Ну не здесь же, не сейчас! Нежити внизу вот-вот прорвут оборону!
Какие нежити, они остались в другой реальности! Жар из живота растекался по всему телу, уши и щеки горели, грудь вздымалась, как будто я три часа бежала за каретой.
Мне стоило титанических усилий взять себя в руки и оттолкнуть его.
— Мне не нужно подсматривать… Когда вы… скачете на всем, что шевелиться, гостиница трясется, а все постояльцы слышат ваши пикантные стоны.
— Боже мой, двадцать пять! — Линь отпустил меня, всплеснул руками. — Наверное, думаешь, угли потухли, болото покрылось плесенью, все самцы улетели на юг…
Мерзавец!
— Линь, почему ты все время пытаешься меня уколоть? — его ирония задела за живое. — Ты считаешь, человек не может изменить мир? А как же тот, кто придумал и создал их? — показала я на пролетающих горгулий. Хотелось бы мне выглядеть в этот миг твердой, но голос дрожал — и от страха, и от волнения. — Или те, кто открыл порталы в другие миры, спасая людей? Вы можете не верить в себя, но вы не можете запретить другим, — я шагнула к ближайшему воину, краем глаза наблюдавшему за нашей потасовкой, и он был явно не на стороне красавчика.
— Дайте мне ваше оружие, — потребовала я, выдернув лук из его рук.
— Леди, осторожнее, не пораньтесь… — солдат дернулся в мою сторону и отступил, уступая место.
Я провела рукой по стреле, наполнив магией, прицелилась и выстрелила.
В чудо я не верила, просто хотелось перестать паниковать и избавиться от Линя. Я почти ненавидела себя за безвольную слабость, и сейчас мне хотелось причинить ему боль. В этот момент я готова была разреветься, и только стыд не позволял распустить нюни.
Внезапно толпа монстров замерла и остановилась, как по команде, перестав обращать внимание на стену и тех, кто стрелял по ним, мертвяки обернулись в сторону раненого зачарованной стрелой.
А он вел себя необычно: сначала его сотрясали судороги, потом к нему подступили свои и начали рвать, и он возопил, оглашая воем округу.
Все, и я, смотрели вниз изумленно. А после взгляды обратились на меня. В воздухе как будто что-то изменилось, в глазах защитников крепости я внезапно увидела надежду. Я растерялась. У меня не было ответа на их немой вопрос: я понятия не имела, как я это сделала.
Ко нам со всех концов бежали опытные маги-наставники, окружив меня, и один из них, довольно сильный менталист, попросил повторить.
Результат был тот же: зомби перестали считать раненого своим, отвлекшись на какое-то время, а после разорвали, как поступили бы с человеком, который не подвержен заражению.
— Нужно найти слово… Слово, которое управляет энергиями Стихий, рождая узор… — сосредоточившись, наставник-офицер раз за разом повторял все действия со мной, пытаясь нащупать слова заклятия в моих мыслях и чувствах, которые помогали мне напитать оружие силой. И я ничем не могла ему помочь, для меня это было бессловесное состояние души. Я просто знала, что так могу, в гостинице у меня получалось легко — и сейчас я не сомневалась.
Наконец, слово, не имеющее смысла, было найдено: наставник провел пальцем по стреле, оставляя в ней свою магию, словно чернила, пропитавшие древко и металлический наконечник. Зомби осыпался прахом, не оставив даже костей — стрела наставника сожгла мертвяка, обратив в головню за секунды. И все сразу принялись увлеченно осваивать новое заклятие, на какое-то время забыв обо мне.