Воздуха катастрофически не хватало, но она льнула к Киану, прижимаясь к твердой груди, обтянутой мокрой футболкой, зарываясь пальцами во влажные волосы. Его руки крепко держали ее, лаская затылок и спину, но он словно не решался идти дальше, пока Мия не подаст знак, что хочет большего.
Девушка вдруг резко отстранилась, тяжело дыша. Что она наделала?! Зачем перешла ту черту, за которую так боялась даже заглядывать?!
- Это неправильно… - голова была как в огне, но девушка изо всех сил старалась вернуть себе ясность мысли. - Мы не можем, ты же понимаешь. То есть.. я хочу сказать…
Слов не хватало, и объяснение казалось смешным и нелепым. Мия сама это понимала, но не знала, как объяснить роботу, что же она испытывает на самом деле: что безумное желание прикасаться к нему, целовать его губы, чувствовать его всем телом всегда будет оставаться безответным. Ведь их близость для Киана всегда будет лишь механическим актом, заложенным в его программе.
Киан сидел, опустив голову и выглядел очень виноватым. Или расстроенным?
- Да, конечно, я все понимаю, - тихо сказал он. - Это больше не повторится.
Его слова задели за живое, ведь Мие так хотелось услышать в ответ совсем не это! Но он был прав, и она безжалостно заглушила в себе так некстати проснувшиеся желания, пытаясь сдержать слезы досады.
- Постой, ты же не умеешь плавать, - она отчаянно ухватилась за новую тему для разговора.
Киан молчал, не поднимая головы, и Мия совсем не понимала, почему он выглядит таким… обескураженным, обиженным, раздосадованным? Она тряхнула головой, отгоняя сбивавшие с толку мысли. Это просто игра ее воображения.
- Я пошел за тобой в озеро. Мне ведь не нужно дышать, - наконец, ответил он, подняв на девушку взгляд. Она всматривалась в его глаза, невольно пытаясь найти в их глубине подтверждение того, что еще минуту назад он страстно хотел того же, что и она. Но взгляд Киана был по-прежнему ясен и чист.
- С тобой все в порядке? - внезапно вспомнив, что внутри у него куча электроники, Мия не на шутку забеспокоилась.
- Не беспокойся, критических повреждений нет, со мной все хорошо.
На исходе шестой недели эксперимента Мия пришлось признать одну очень неприятную для себя истину: ей нравился Киан. Он был идеальным, Калли нисколько не преувеличила. И как с этим быть, оставалось загадкой, ведь нужно быть полной идиоткой, чтобы влюбиться в робота!
Мия мучилась этими мыслями каждый раз, когда смотрела в ясные голубые глаза Киана, отчаянно желая увидеть в них хотя бы малую толику тех же чувств, что испытывала она сама. Порой в глубине его глаз ей чудилось что-то нежное и теплое, но она понимала, что лишь выдает желаемое за действительное. Что бы она ни делала, он не способен ответить на ее любовь. Все его действия — лишь умело сотворенная программа, и не стоит питать иллюзий на этот счет.
***
До окончания эксперимента осталось две недели. Мия вела обратный отсчет, зачеркивая в календаре дни: четырнадцать, тринадцать, двенадцать… Запуская программу, она даже представить себе не могла, какая тоска поселится в ее душе при мысли о том, что скоро ей придется расстаться с Кианом. А ведь уже совсем скоро она вернется домой, и жизнь вновь вернется в привычное русло, будто и не было этих двух месяцев, будто идеального мужчины с голубыми глазами никогда и не было в ее жизни.
Иногда она задумывалась о возможности остаться с ним, которую предусматривали условия контракта. Но она понимала, что никогда не сможет смириться с тем, что чувства, которые будут между ними, всегда будут лишь ее чувствами. И боль, которая каждый день гложет ее изнутри, останется лишь ее болью.
В пятницу она вернулась домой раньше и застала Киана на кухне. Он готовил для нее очередной кулинарный сюрприз.
- Мия! - приветствовал он ее улыбкой. - Тебе пришло сообщение.
Робот махнул рукой в сторону голографического проектора, мигавшего мягким голубым светом. Девушка устало опустилась на стул и нажала кнопку.
Перед ней возникла аккуратная ухоженная женщина в больничном халате, смотревшая на нее строгим взглядом.
- Мисс Финс, я медсестра из больницы «Хэлиган». Ваш отец смертельно болен и просит вас о встрече.
Миа застыла, вглядываясь в равнодушные карие глаза женщины. Киан, до этого усердно строгавший что-то на кухне, вошел в комнату. Он выглядел очень непривычно с закатанными рукавами белой рубашки и в фартуке, забрызганном чем-то желтым.