- Да, именно так. Монументальная. Неоспоримая. Такое тяжело принять, такое тяжело вынести. Нужно знать, на что ты идешь.
Трой рассматривал этот идеальный мраморный шар. Не понимая, что это и зачем, ему все равно хотелось попробовать. Никто из друзей о таком не говорил.
- Пройдемте сюда. Посмотрите. Этот экземпляр называется “Прагмата”. Некоторые из клиентов, несмотря на частое… На частое использование такой любви все же не хотят признавать, что это любовь. Они говорят, что мы вывели нечто другое, что не соответствует марке и имиджу компании. Тем не менее, каждый, кто когда-либо пользовался нашими услугами, и знает, что мы отвечаем за качество нашего товара… Берет одну-другую, на всякий случай.
Перед их взором открылся небольшой постамент с витриной. Внутри стоял небольшой держатель, на которой разместилась небольшого размера вытянутая коробка со скошенными краями, сделанная из углепластика. Весь её вид говорил об утилитарности. Сама ветрина была оформлена в белых цветах, представляла собой образчик ретро-футуризма.
- Это, - продолжила продавец, - то, что мы хотим делать, потому что считаем необходимым. Говорят, что любовь по расчету – не любовь. Чувство собственности, чувство алчности… Много чего говорят. Но многие забывают, что может мы не любим по расчету, но можем любить сам расчет.
Отец в этот момент разглядывал другие места. Когда пояснения были закончены, он попросил завернуть несколько экземпляров. Трой с некоторым укором посмотрел на отца.
- Сынок, ты выбирай. Об этой вещи… Я объясню чуть позже. Пусть будет.
Дальше они подошли к чему-то обычному, пошловатому, к чему-то стандартному. Это была площадка в розовых тонах, на которой стояла стеклянный, граненный флакон в форме сердца. Будто духи.
- Клише? Клише. Но, заметьте, молодой человек… Как вы думаете, что это?
- Я думаю… Страсть? Любовь… Я имею в виду, что здесь все любовь, но…
- Вы без сомнения правы, Трой. Это то, что тысячи лет называли любовью. Страсть. Романтизм. Почитание. Жажда. Все это в одном флаконе. Многие начинают с этого. Этим и заканчивают. Именно поэтому мы стараемся как можно точнее передать этот вид…
Она немного замедлила речь, пытаясь подобрать слова. Видно было, что в таком вопросе юноше нужно все объяснять крайне осторожно.
- Сейчас во всех магазинах это продается как ежедневная необходимость. Знаете, молодой человек… Нынешний мир не стоит на месте. В каждой новой коробке все более чистая, концентрированная любовь, что кажется…
Отец вновь появился рядом.
- Будто скоро от этой страсти начнет разрывать людей?
- Да, можно сказать и так. Но такой банальный и пошлый вид мы придали этому сосуду отнюдь не из-за обыденности. Видите ли… Мы решили идти в другом от остальных направлении. Являясь премиальной маркой, мы не можем обманывать клиентов. Если кто-то хочет чего-то без наполнителей, мы всегда готовы сделать это на заказ. Но все наши обыденные линейки – это точная копия того, что могло бы быть. Тут нет чистой страсти. Нет и чистой жажды. Здесь есть все, включая и тоску, и немного боли.
Здесь Трой задумался.
- Боли?
- Да, молодой человек. Боли. В реальности не бывает чистых чувств. Все они несут в себе и что-то негативное. Или, наоборот, что-то негативное, в итоге, может нести с тобой что-то хорошее. Так в жизни всегда. Нет белого, или черного. Есть большая смесь, в той или иной мере.
- То есть я покупаю то, от чего мне потом будет плохо?
- Ну почему так категорично. Ведь будет и хорошо.
- Но в чем смысл? Почему не пойти в обычный магазин, и купить то, где такого не будет?
- Хорошее замечание. Можно сделать и так. Но как тогда вы узнаете, что это настоящая страсть? Будете и дальше ходить по этому огромному миру, общаться со своими друзьями, заводить знакомства… И не увидите за ними ничего большего. Это выбор каждого, но если Вы хотите, действительно хотите узнать, что это…
Трой подошел к отцу, который разглядывал другую витрину. На ней были представлены другие формы и товары, более простые или из уходящего сезона. Отец с интересом смотрел на них и сверялся с новым каталогом, где было про каждую что-то написано.
- Пап… Слушай…
- Да, сын? Что-то случилось?
- Я хотел узнать. Там это… Страсть с болью.
- Да… Что тебя смущает?
- В чем смысл?
- Ох…
Тут отец понял, что несмотря на то, что хотел сделать как лучше, сам оказался к объяснениям не готов. Сейчас все делали просто, никто не думал о чем-то великом. Да даже пошлые вещи смогли упростить на столько, что старая страсть стала похожа на классику, которую нужно знать, если ты хочешь быть более-менее образованным человеком.