– Послушай, Дина, у вас с Дейви было иначе: ты его любила.
– И сейчас люблю, – улыбнулась балерина.
– Ну, а я вот не люблю Мартина. Даже представить себе не могу, как его можно полюбить. Такого высокомерного, эгоистичного, самовлюбленного сукина сына…
– Как сказано! – восхитилась Дина.
– Он вообще не в моем вкусе…
– А кто в твоем вкусе? Назови хоть одного парня, кроме этого подонка Кевина Ханта, кого бы ты удостоила хотя бы взглядом, и я до последней крошки съем то, что получится из этого истерзанного, замученного, многострадального теста.
– …И я тоже не в его вкусе, – докончила Глэдис, умело обходя ловушку. – Вот тебе и весь сказ.
– Это тебе только кажется, бэби. Я-то видела, как вы смотрели друг на друга!
– У тебя… шоколад на губе. – Глэдис сглотнула, тошнота снова подступила к горлу.
– Да? – Дина небрежно потерла указанное место пальчиком. – Все?
– Теперь нормально, – с трудом выдавила Глэдис. Отвернулась и вцепилась в край раковины, ожидая, чтобы свистопляска в желудке утихомирилась.
– Глэдис? С тобой все в порядке?
– Конечно! Я просто…
– Просто я утомила тебя своей навязчивостью, – покаянно вздохнула Дина. – Слушай, давай оставим эту тему. Захочешь поговорить – я тут как тут, не захочешь… – Приятельница беззаботно пожала плечами. – Может, поужинаешь с нами сегодня? Дейви готовит тефтели. Помнишь его тефтели? Последний раз ты ела их с большим аппетитом.
– Ага. Они… они…
Воображение услужливо нарисовало крохотные мясные шарики с луком. Ей и впрямь ужасно понравилось коронное блюдо Дейви, но сейчас вспоминались только маслянистые капельки жира… Жир тает во рту, застывает на губах…
– Было очень вкусно, – поспешно заверила Глэдис, – но… но сегодняшняя выпечка – это мое последнее сумасбродство. Я сажусь на диету. Близятся очередные съемки, надо бы сбросить пару фунтов. Так что с тефтелями как-нибудь в другой раз, ладно?
– Все равно приходи. – Дина похлопала себя по животу. – Мне бы тоже не грех сбросить вес, а уж про Дейви и говорить нечего. Ты видела его снимки крупным планом? Долой пироги и тефтели. Давай-ка возьмем парочку вегетарианских лазаний да разогреем их в духовке. Хорошая мысль?
Лазанья. Глэдис представила себе ярко-алый томатный соус, вдохнула кисловатый запах. И сглотнула.
– Собственно говоря, я вообще не буду ужинать. Похоже, подцепила какую-то заразу. На той неделе я снималась в парке. Все там кашляли и чихали как сумасшедшие. С тех самых пор чувствую себя отвратительно.
– Простуда, – философски заметила Дина, стряхивая с ладони крошки. – От нее никто не застрахован. Таблетка-другая аспирина и горячий куриный бульон… Глэдис? Что с тобой?
Горячий куриный бульон. Пленка жира плавает на поверхности…
– Все в порядке, – заверила Глэдис, – все в поряд… О, черт! – Молодая женщина застонала, закрыла рот ладонью и выбежала из комнаты.
Спустя минут десять она возвратилась из ванной, бледная и измученная. Дина ждала в спальне. Скрестив ноги, она устроилась на кровати.
– Ты как? – с тревогой спросила приятельница.
– Все отлично, – криво улыбнулась Глэдис.
– Отлично, как же! – Дина внимательно пригляделась к подруге. Кожа бледная, глаза лихорадочно блестят, на лбу поблескивает испарина. – Да ты совсем больная!
– Говорю тебе, подцепила какой-то вирус.
– На тех самых съемках, где все чихали и кашляли?
– Угу.
Дина встала с кровати.
– Но ты не чихаешь и не кашляешь!
– Грипп сказывается на мне иначе, вот и все.
– Ага. – Наступило долгое молчание, затем Дина произнесла: – В прошлом году у моей сестры были те же симптомы. Приступы тошноты по утрам, рвота, головокружения, и в целом вид такой же кошмарный, как у тебя.
– Спасибочки! – Глэдис отбросила со лба влажную прядь волос. Руки слегка дрожали, и хотя в желудке не осталось ни грамма пищи, он по-прежнему так и норовил вывернуться наизнанку. – Послушай, Дина…
– Сестра пошла к доктору…
– А я вот не пойду к доктору! Все что мне нужно – это отдохнуть пару дней…
– … и выяснилось, что она беременна, – тихо продолжила Дина, не сводя глаз с подруги.
– Беременна! – расхохоталась Глэдис. – Не говори глупостей. Я вовсе не…
О Боже! Пол закачался под ногами. Беременна? Нет! Это невозможно! Или возможно?
Глэдис рухнула на кровать, ощущая себя опустошенной и надломленной. В ту ночь все произошло так быстро… Сама она точно ничем не воспользовалась. Зачем пить таблетки, когда ведешь целомудренный образ жизни? Есть женщины, что носят презервативы с собою в сумочке, как если бы речь шла о носовом платке или записной книжке, но она, Глэдис, не из их числа. У тех, других, совсем иная психология, они в любой момент готовы оказаться в кровати с малознакомым мужчиной, лишь бы позвал, а она никогда… никогда…