Рольф прокатил Бенедикта по кругу еще один раз, а затем передал мальчика Эйлит и спешился.
— А сколько лет вашей дочери? — поинтересовалась она, шагая рядом с ним к конюшне.
— Почти три года.
— А других детей нет?
— Моя Арлетт тяжело переносит беременность. Незадолго до моего отъезда в Англию она перенесла очередной выкидыш.
— Искренне сочувствую.
Бенедикт не желал расставаться с лошадью и поднял возмущенный крик. Он успокоился только тогда, когда Рольф взял мальчика на руки и поднес его к морде жеребца. Пухлая детская ручка прикоснулась к лоснящейся темно-серой шкуре.
— Арлетт уже почти выздоровела, но я все же не осмелился везти ее через пролив на церемонию коронации герцогини Матильды. Многие мои друзья уже перевезли своих жен сюда.
Рольф изобразил на своем лице фальшивое выражение легкой грусти.
— Должно быть, ваша жена испытала разочарование.
— Да, небольшое. — Он раздраженно прокашлялся, горя желанием как можно скорее покончить с разговором про Арлетт.
— Эйлит, где ты, дорогая? — Властные, требовательные нотки, прозвучавшие в грубоватом мужском голосе, удивили Эйлит не меньше, чем Рольфа.
Рольф мгновенно напрягся. Молодая женщина вздрогнула и побледнела.
— Интересно, кто это вас ищет?
— Вульфстан, золотых дел мастер. Он друг Оберта, — растерянно пробормотала Эйлит, стараясь говорить так, чтобы ее голос не был слышен за пределами конюшни.
— Друг Оберта, но не ваш. Я правильно понял?
Эйлит ответила ему быстрым взглядом затравленного зверя и поспешно шагнула в тень.
— Эйлит, любовь моя! — Голос приближался. Бенедикт расплакался… Впадая в отчаяние, Эйлит слабо вскрикнула. Затем, собравшись с духом, забрала у Рольфа ребенка и, несмело переступив порог, вышла из конюшни.
— Я здесь, Вульфстан Что вам нужно?
Рольф уловил в ее голосе нотки раздражения и страха и вспомнил, что именно этим тоном она говорила раньше и с ним. Только не с таким отвращением и удивившей его брезгливостью.
— Налей-ка мне чарку вина, девочка моя… Фелиция с Обертом дома?
— Нет, сегодня они вместе отправились за покупками. Но скоро вернутся. Можете подождать.
— Непременно дождусь их. Хотя, честно говоря, я пришел не к ним, а к тебе, цыпленочек.
Рольф скорчил гримасу.
Дорогая?! Любовь моя?! Цыпленочек?!
Этот неизвестно откуда взявшийся Вульфстан разговаривал с Эйлит так, словно собирался сожрать ее с потрохами. А Эйлит, в свою очередь, вела себя как глупая, трусливая курица, которой должны были вот-вот свернуть шею и бросить в котел.
Рольф вышел во двор и увидел светловолосого здоровяка, горой возвышающегося над Эйлит. Дерзко расставив ноги, он стоял почти вплотную к ней. Взгляд серых прищуренных глаз Вульфстана метнулся к незнакомцу, его хищно сжатые губы почти скрылись в густой золотистой бороде. Рольфу ничего не стоило прочесть мысли этого здоровяка: воспользовавшись отсутствием Оберта и Фелиции, строгая и неприступная Эйлит развлекалась в конюшне с рыжим кавалером.
Не собираясь ни словом, ни жестом переубеждать соперника в обратном, Рольф любезно улыбнулся. Эйлит выглядела взволнованной и обеспокоенной.
— Вульфстан, позвольте представить вам Рольфа де Бриза, друга семьи де Реми. Рольф, это Вульфстан, деловой партнер и друг Оберта.
Де Бриз протянул руку. Мастер золотых дел неуклюже пожал ее. Его борода враждебно ощетинилась.
— Вы надолго в Лондон? — сухо поинтересовался он, слегка обнажив зубы в полуулыбке-полуоскале.
Рольф бросил взгляд на Эйлит.
— Я приехал на коронацию герцогини Матильды. Кроме того, у меня здесь есть кое-какие дела. Кстати, Бенедикт — мой крестник, и я стараюсь навещать его при первой удобной возможности.
Улыбка Вульфстана стала еще настороженней.
— Хороший мальчик, — проронил он, прижав мясистый указательный палец к подбородку Бенедикта. — Надеюсь, со временем у меня тоже появятся такие же крепкие и здоровые сыновья. — Он бросил на Эйлит многозначительный взгляд, как бы намекающий на существующий между ними тайный договор. Она досадливо прикусила губу, и это не укрылось от внимания Рольфа. Теперь он нисколько не сомневался в том, что гость намеренно явился в отсутствие хозяев, чтобы повидаться с Эйлит с глазу на глаз.
Эйлит пригласила мужчин в дом, и они молча последовали за ней. В зале их уже ожидал стол со свежими медовыми пряниками и вином. Рольф усадил Бенедикта на колени и дал ему пряник.