Его язык пробежал по ее губам, призывая открыться. Цепляясь за остатки благоразумия, она упорно не подчинялась. Дэвид улыбнулся и вновь приник к ее губам.
Неужели она намеренно откинула назад голову, чтобы он мог поцеловать ямочку на шее? Разум подсказывал ей, что Дэвид увлекает ее к чему-то опасному и неведомому, но остановить его она уже не могла.
Он снова целовал ее, пока сильные руки путешествовали по ее телу под накидкой. Вот одна остановилась у самой ее груди. Кристиана почувствовала, как что-то сжалось внизу живота, запульсировало требовательно и настойчиво.
Она знала, что он сейчас сделает. Ей вспомнилось, как грубо и бесцеремонно касался ее Стивен, и она напряглась, почти готовая оттолкнуть Дэвида.
Но его касания были бережными и нежными. Дыхание ее стало прерывистым, тело замерло в ожидании.
Когда он наконец стал ласкать ее грудь, она с трудом подавила стон. Испытанное наслаждение испугало ее, и она попыталась отстраниться.
Не тут-то было. Его ладони прикасались к ней так, словно между ними и ее кожей не было никакой преграды; пальцы играли с ее соском до тех пор, пока пульсирующее ощущение внизу живота не стало почти невыносимым. Он сжал напрягшийся бутон и слегка потер его. На этот раз она не сдержалась и тихонько охнула. Его губы приблизились к ее уху.
– Пойдем ко мне. Это совсем недалеко.
– Зачем? – пробормотала она, все еще погруженная в водоворот чувств.
– Зачем? Во-первых, тебе следует познакомиться с теми, кто там живет, – сказал он, поднимая голову, чтобы поцеловать ее лоб. Руки продолжали ласкать ее, и Кристиане было очень трудно вникать в смысл слов. – А во-вторых, я уже не так молод, чтобы предаваться любви под деревьями.
Эти слова ворвались в ее сознание, как гром. Она резко вернулась к действительности, до нее снова донесся шум скачек. Рука Дэвида на ее теле внезапно показалась чем-то чужеродным и возмутительным. Зардевшись, она отвернулась.
– Это нехорошо, – только и вымолвила она.
– Нет. Это очень хорошо.
– Вы знаете, что я имею в виду. Он все еще продолжал обнимать ее.
– Твой возлюбленный доставлял тебе такое наслаждение? – мягко поинтересовался он.
Кристиана вспыхнула еще сильнее, боясь поднять на него глаза.
– Я так и думал.
– Это совсем иное дело, – с упреком сказала она. – Мы любим друг друга. А это… это… – Что же это такое? Как можно назвать это ужасное, это восхитительное ощущение?
– Желание, – подсказал Дэвид.
Значит, вот оно какое, это желание. Неудивительно, что священники постоянно предостерегают в своих проповедях против него. Да, похоже, что желание – действительно опасная вещь.
– Что ж, милая, если я не могу получить и то и другое, я выбираю желание, – заявил он. – Оно впоследствии может вырасти в нечто большее, но если его нет с самого начала, оно уже никогда не появится, а без него любовь умирает.
Он снова читал ей нотации, как ребенку, и это страшно раздражало Кристиану.
– Это неправильно, – твердо повторила она, отодвигаясь. – И вы это знаете. Вы соблазняете меня. Это несправедливо.
– Соблазняю? Зачем мне это?
– А зачем вы вообще все затеяли? Зачем стали просить моей руки? Платить брачный выкуп? – Она изучающе посмотрела на него. – Может, вы хотите уложить меня в постель, чтобы помолвку уже нельзя было разорвать, когда Стивен приедет за мной?
– Это хорошая мысль, но она не приходила мне в голо-, ву. Ведь я знаю, что он не появится.
Дэвид твердил это с самой их первой встречи. Спокойно и неумолимо он повторял это вновь и вновь.
– Вы не можете быть уверены, – вспылила Кристиана. Но на этот раз что-то в его голосе испугало ее. Он словно действительно знал.
– Он до сих пор не приехал, Кристиана, а ведь Стивен давным-давно получил твое послание.
– А вдруг посыльный не смог найти его?
– Я уже говорил с посыльным, которого ты наняла. Он передал твое письмо лично в руки, через десять дней после того, как оно было тобой написано.
– Вы говорили… вы вмешались… Как вы посмели!
– И очень кстати вмешался. Посыльный вовсе не собирался немедленно выполнять твое поручение. Он ждал, пока у него не появятся другие дела на севере, а на это могло бы уйти и несколько недель. Он также мог перепоручить доставку письма кому-то другому.
– Но для вас он отправился немедленно? И сразу доставил письмо?
– Я щедро заплатил ему. И за то, чтобы он привез ответ. Она не получила никакого ответа. Страшная тоска вдруг захлестнула ее. Она уже не слышала то, что говорил ей Дэвид, не хотела думать о последствиях. Значит, посыльный уже вернулся. И Стивен при желании тоже успел бы приехать. Или хотя бы прислать записку. А если посыльный признался, что действует по приказу ее жениха, и Стивен не захотел рисковать?
К счастью, гнев пересилил ее растерянность. Иначе она могла бы раскиснуть прямо перед Дэвидом. Она подняла на него возмущенный взгляд.
– Вам это доставляет удовольствие? Разрушать жизни людей?
– По правде говоря, мне было больно видеть, как ты страдаешь, – мягко вымолвил он.
– Ну тогда помогите! – с горячностью воскликнула она. – Отпустите меня и дайте уехать к нему.
Он посмотрел на нее так, что она почувствовала себя совершенно прозрачной.
– Нет. Он не желает действовать, чтобы удержать тебя, девочка. А я хочу этого.
Какое-то мгновение ей казалось, что он колеблется и раздумывает, не выполнить ли ее просьбу. Но его слова разбили эту едва теплившуюся надежду. Надув губки, она высвободилась из его рук.
– Я хочу сейчас же вернуться в Вестминстер.
Велев ей оставаться на месте, Дэвид отправился на поиски Эндрю и Джоан.
У Кристианы сложилось впечатление, что ему вдруг захотелось покинуть ее, да и она была рада его уходу. Он командовал ею прямо как Морван, а это ей ужасно не нравилось. Как хорошо, что они не поженятся. Жить с ним – все равно что все время находиться под опекой брата, который вечно критикует ее поведение. Леди Идонию всегда можно было отвлечь и обвести вокруг пальца. Но Дэвид видит ее насквозь.
Она была рада его уходу еще и по другой причине. Рядом с ним она все время ощущала себя беспокойно. Теперь она понимала, что так проявляет себя невесть откуда взявшееся желание. Возбуждение и предвкушение появились уже тогда, когда они еще только ехали через Стрэнд и разговаривали. Одно лишь воспоминание о тех мгновениях уже вызывало в ней чувственный трепет.
Он назвал это желанием. Оно не внушало ей доверия. Не нравилась и та невидимая связь, которая возникла между ними. Возбуждение, которое она чувствовала со Стивеном, в сравнении с нынешним казалось ничтожным и смешным, и это тоже ей не нравилось.
Стивен. Он до сих пор не приехал, не прислал ответа. Тупая боль сковала ее грудь. Она не станет думать об этом, не станет сомневаться в нем. И уж вовсе не позволит себе думать о последствиях этого для нее и Дэвида де Абиндона.
– А, вот ты где! – подскочила к ней Джоан, неожиданно появившаяся вместе с Эндрю.
Кристиана взглянула на подругу. Ее лицо раскраснелось, и выглядела она прекрасно. В волосах застряла соломинка.
– Да, я здесь. Дэвид пошел искать вас. И велел мне не двигаться с места. – Она выдернула соломинку из волос подруги. – Где вы были?
– О, везде! – воскликнула Джоан. – Без Идонии гораздо веселее.
– Могу себе представить. – Кристиана помахала соломинкой и приподняла брови. Эндрю вспыхнул и отошел.
Джоан пожала плечами:
– Под деревом стояла повозка с соломой. Мы залезли на дерево и прыгали с него в солому. Было очень весело.
– А я думала, что ты влюблена в Томаса Холланда.
– Ну да. Мы же просто играли!
– Джоан! Он же ученик торговца!
– Ах, ты так же невозможна, как Идония. Мы только один раз поцеловались.
– Целовались… Боже милостивый! Джоан прищурилась.
– Это был всего лишь один поцелуй. Я же не собираюсь за него замуж.